(не)твоя дочь

Она сказала, да? Как раз и документы все оформите, и на развод подадите. Хочет все побыстрее уладить и… – Кусочек помидора наконец отправляется в рот.

Доедаю я уже в тишине. Любовь Викторовна виновато молчит, а мне хочется лишь одного: чтобы поскорее настал завтрашний день. Чтобы вернулась Рита. И чтобы мы поставили окончательную точку в наших отношениях.

– Оставь посуду, Эдик, я помою, – суетится она, когда моя тарелка пустеет.

– Спасибо. Я сам справлюсь, – улыбаюсь ей сочувствующе. – Спокойной ночи. И не переживайте за Риту. Я уверен, у нее все будет хорошо!

Глава 29

Никогда не думала, что дни могут тянуться настолько долго. Мучительно, изнуряюще, болезненно. Мне действительно становится плохо без Дениса.

Я не знаю, как за такое короткое время он стал мне настолько дорог, но без него даже дышать оказывается сложно.

Спасает лишь понимание того, что все это временно.

Все вопросы с женой, судя по словам Воронцова, решаются легко и мирно. В отличие от меня. Я по-прежнему не могу найти общий язык с Артемом и договориться о разделе совместной квартиры.

Поэтому звонок Марины, одной из сотрудниц нашей студии дизайна, застает меня врасплох.

– Мы можем встретиться, поговорить? – сразу переходит она к делу.

– Можем. А что случилось?

– Я все объясню при встрече, – уходит от ответа.

Я вспоминаю, что перед моим увольнением Маришка сломала ногу, поэтому, скорее всего, выбор места встречи будет ограничен. Но она, словно читая мои мысли, назначает в кафе на набережной. В самой оживленной части улицы, куда нет доступа машинам.

Я пытаюсь спросить, не тяжело ли ей будет добираться, как Марина уже скидывает вызов.

Хотя если ей там удобно, то почему нет?

До того момента, когда мне нужно забрать Алису из сада, остается три часа. Да и времени на сборы у меня не больше пятнадцати минут. Поэтому я быстро нахожу удобный брючный костюм из тонкой ткани – самое то для жары, что стоит уже неделю, – и тороплюсь на выход.

На улице пустынно. Рабочий день еще не окончен, поэтому я невольно задерживаю взгляд на двух женщинах, стоящих в тени дерева у детской площадки.

Олеся и Ника. Они замечают меня ровно в тот момент, когда я прохожу мимо. Леся едва заметно кивает, приветствуя, а вот Ника демонстративно отворачивается, не удостаивая даже взглядом.

Все верно. Я для нее предательница, променявшая лучшую подругу и жизненные приоритеты на недостойного, по ее мнению, отброса общества. Ее неприязнь к Воронцову никуда не делась. Не угасла с годами.

И даже болезнь, которую она так тщательно скрывает, чтобы не уронить корону, не меняет ее жизненных взглядов."

"Увы, чуда не произошло. Кроме того, что мне все стало известно. И со стороны ее бредовая забота обо мне смотрится не просто медвежьей услугой, а самым настоящим вредительством.