(не)твоя дочь

Все-таки ни один даже самый обалденный секс с профессионалкой, но без чувств не сравнится с такими отношениями, когда тянешься ко второй половине душой, когда всего пара слов способна сделать из тебя счастливого человека. Даже без близости. Даже на расстоянии."

"Увы, но подобное ощущение я испытывал и испытываю только рядом с Яной. Никакие другие отношения не давали мне такой полноты эмоций и глубины погружения. И я очень боюсь их потерять.

После недолгого плескания в ванне я переодеваюсь в простую футболку со штанами и, гонимый голодом, возвращаюсь на кухню. В воздухе приятно пахнет жареной картошечкой.

– Садись, поешь, – суетится теща, хватая чистую тарелку и накладывая из пластиковой миски, разогретой в микроволновке, картошку. – Ритка учудила тоже. Ни крошки еды в доме! Я как чувствовала!

– А Ваня где? – ищу глазами мальчонку.

– Устал. Я его спать отправила. Завтра тоже день тяжелый. Беготни выше крыши. – Я порываюсь спросить, что за дела дернули их приехать в столицу, но Любовь Викторовна меня опережает: – Несчастье на мое голову. Вот чего ей не хватало, скажи? Ведь все для нее. – Она закусывает губу, качая головой и протягивая мне кусок хлеба. – Ты не суди ее строго, Эдик. Глупая она, молодая. Жизни толком не видела. Это я виновата. Что она в деревне видела? По колено в грязи и помете. С утра до ночи, с утра до ночи. И так каждый день. А этот хмырь ей золотые горы пообещал, позвал в свою эту Европу, будь она неладна! Перспективы, карьера! А тут что? Чем ей Россия не угодила?

Я замираю на доли секунды, переваривая услышанное.

Рита, хмырь, Европа?..

Неужели мне настолько повезло?

– А вы сюда…

– Разрешение на выезд Ваньки из страны оформлять от его отца, – договаривает за меня теща. – Забирает она его туда. С собой. А ты на развод подавать приехал? – интересуется, ничего не подозревая.

– Угу, – хмыкаю задумчиво.

Мне все еще не верится в свою удачу.

Теща вздыхает, садясь напротив, накалывает на вилку кусочек помидора и так сидит, разглядывая его.

– Прости ее, Эдик. Я же вижу: ты добрый парень, хороший. Да вот сердцу не прикажешь. Полюбила этого немчуру, – разводит руками с досадой, – и все тут. Через интернет. А я боюсь. Как это? Она ведь ничего о нем не знает, кроме того, что он ей сам наплел. А вдруг аферист? Мошенник? Но она никого слушать не хочет, еще и Ваньку с собой тянет. Рита тебе все уже объяснила, да? Вы поговорили?

Я застываю с ложкой, поднесенной ко рту. Врать теще не хочется. За все время нашего брака с ее дочерью я видел только хорошее от этой женщины. Поэтому просто мычу неопределенно:

– Эм-м…

– Ну и слава богу, что все разрешилось хорошо. Мирно. А то я переживала – жуть. – Она снова вздыхает, но в этот раз уже с облегчением. – Ритка утром прилетает.