(не)твоя дочь

Уж кто-кто, а Артем прекрасно знает, что никак не может быть отцом Алисы. У нас просто не было близости в те месяцы.

Месяцы!

Именно месяцы, а не дни!

– Зачем? – ровно произносит Денис.

Хотя я кожей ощущаю исходящие от него волны ярости и негатива.

– Чтобы ты убедился. Чтобы понял, кого пригрел на своей груди. Она же сразу хвостом завертела перед тобой, как почувствовала запах денег. Когда поняла, какой куш может сорвать. Девчонка темноволосая, как ты. Почему не попробовать провернуть? Увы, брат, но бабы все такие. Я вот на нее молился, считал не такой…

То, что происходит дальше, окончательно выбивает у меня почву из-под ног.

Воронцов резким движением хватает Артема за грудки.

– Денис, не надо, прошу! Тут Алиса! – вскакиваю со стула. – Пожалуйста!

– А теперь послушай меня, мразь. Если ты еще раз приблизишься хотя бы на десять метров к моей жене и дочери… – шипит в лицо Протасову."

"– Жене? – удивленно тянет бывший и тут же втягивает в себя голову от нависающего в нескольких сантиметрах от его лица кулака.

– Я тебя и твою сраную контору в порошок сотру. По стенке размажу. Лично. Мои юристы докажут факт мошенничества с твоей стороны. По судам задолбаешься бегать. А сейчас пошел вон отсюда! Чтобы я тебя больше не видел! – Одним движением Воронцов буквально вытряхивает грузное тело Артема из-за стола и швыряет в сторону.

Протасов чудом умудряется удержать равновесие, чтобы не влететь в цветочную клумбу пятой точкой. Выпрямляется, расстегивая верхнюю пуговицу на груди, словно ему нечем дышать. Лицо идет красными пятнами. То ли от бешенства, то ли Денис ему правда перекрывал дыхание, когда хватал за ткань рубашки.

Официантка испуганно замирает, наблюдая за нашей троицей в нескольких шагах. Она готова в любой момент позвать охрану, но все улаживается само собой.

Артем сплевывает на землю, тихо матерясь и бормоча под нос что-то вроде “олень недоделанный”. И неуверенным шагом покидает нас.

Какое-то время мы сидим молча. Я убеждаюсь, что Алиса не заметила произошедшего, увлекшись игрой с двумя девочками на игровой площадке.

А вот Воронцова все еще штормит.

– Извини, – выдыхаю я виновато.

– За что? – не сразу понимает Денис.

– За поведение Артема. Он, видимо, никак не может смириться с тем, что я ушла от него.

– Яна, ты сейчас серьезно? Извиняешься за мудака, который ни в грош тебя не ставит и еще имеет совесть лить на тебя тонну грязи? Если бы здесь не было Алисы, я бы ему врезал так, чтобы он легкие свои выблевал! А ты его защищать пытаешься?

– Я его не защищаю.

– Вот и забудь! Этот мудила, не стесняясь, ребенком манипулирует, а ты пытаешься найти ему оправдание.