Нет жалости во мне

А потом Алик снова потащил девушку в постель. На этот раз она даже и не пыталась сопротивляться...

– Ты прямо ненасытный какой-то, – обездвиженная приятной усталостью, с блуждающей на губах улыбкой сказала она."

"Алик тоже вымотался. Как-никак три раза – всего за каких-то несколько часов. Но он не позволял усталости взять над собой верх. Разморенно лежал на боку, подставив под голову согнутую в локте руку. Свет в комнате был выключен, но небо над городом уже очистилось от туч, и в окно струился мягкий лунный свет. Анжела пыталась укрыться простыней, но Алик всякий раз срывал с нее этот прокров. Ему нравилось любоваться ее обнаженными фор-мами.

Он смотрел на нее, а думал о Катьке. С ней было бы все по-другому. Сунул-плюнул и на боковую. Никакой романтики...

– Это не я голодный, это ты вкусная такая, – улыбнулся он.

Еще он подумал о том, что Анжела могла бы сейчас лежать в объятиях Тимохи, на скрипучей койке в комнате для длительных свиданий. Деньги у нее имелись, заплатить было чем, чтобы остаться с ним на ночь, а то и на две... Но не было Тимохи. Потому что Алик убил его. Именно поэтому он смог сегодня заполучить его невесту... Значит, не зря он исполнил волю Касатона. Все, что ни делается, то – к лучшему; не зря же так говорят...

– Ты мне тоже нравишься...

Она медленно повернулась к нему, пальчиками провела по плечу, легонько сжала шар его бицепса.

– Большой... Твоя жена, наверное, места себе не находит.

– Ну, может, уже нашла, – презрительно усмехнулся он. – У Юрия Антоновича, мать его... Кстати, ты бы мне адресок его подкинула.

– Зачем? – спросила она с легким признаком тревоги в голосе.

– Должен же я ему морду набить... И рога вернуть...

– За это посадить могут.

– Тебе же лучше будет. Мужик в тюрьме, бабе – свобода...

– Я уже не знаю, где свобода, а где нет... Хотя нет, знаю. Тревожно с тобой, и ведешь ты себя плохо. Тимофей опять же... Но я не хочу, чтобы тебя обратно в тюрьму...

– Что, и адрес не скажешь?

– Ну, если ты настаиваешь, – задумалась Ан-жела.

И все-таки была в ней слабина. Все-таки желание избавиться от него перевешивало в ней едва обозначившуюся привязанность к нему.

Адрес, где жил Юрий Антонович, она ему назвала, но наведался он к нему лишь спустя неделю.

Все это время он жил как король на именинах. Будил и не давал Анжеле покоя по утрам, укладывал спать по ночам, и, судя по всему, это ей очень-очень нравилось. Первое время она даже опаздывала на работу, зато обратно домой приходила раньше обычного. Готовила ему всякие вкусности, сама убиралась в квартире, а он только и делал, что ее ублажал и отлеживал себе спину перед экраном телевизора.

Но позавчера Анжела возвратилась домой на час позже, чем должна была. А вчера задержалась на целых два.