Драмы больше нет

– А что в вашей семье, вообще, так?

– А в вашей? – Я взяла Петра под руку, с чрезмерным любопытством заглянула ему в лицо. – Петя, расскажи мне про вашу семью, а то мы с тобой только о моей говорим. Как и где прошло ваше со Стасом детство? Как учились? Много ли девушек любили? – Я потрясла его за локоть. – Уверена, и в вашей семье есть какие-нибудь тайны. Мне так интересно!

– Зачем ты так? – аккуратно укорил меня Петр, когда Стас оставил нас и отошёл к другим гостям. Вечеринка была закрытая, в одном из ресторанов, праздновали чьё-то день рождения, если честно, я даже не поняла чьё. Даже когда вынесли и принялись резать огромный фигурный торт, именинник не показался, все только аплодировали и выкрикивали поздравления. Я лишь имя разобрала: Артур. Что за Артур, мне так и осталось неведомо. Но люди пили, ели, развлекались от души. Я тоже выпила шампанского и съела кусок торта. За здоровье, так сказать, именинника.

Я всё отлично поняла, Петр, наверное, хотел, чтобы моё знакомство с его братом прошло в другом ключе. Может, он рассчитывал, что я проникнусь всеобщим восторгом и благоговением по отношению к известному, скандальному ведущему? Или хотя бы взгляну на Стаса теми же глазами, что и сам Петр. Но мне Стас Грушев не понравился совершенно, вообще, ничем не впечатлил. Разве что ужасным характером, который он даже скрывать не пытался. А зачем его скрывать? Гадкий характер сделал этому человеку имя в шоу-бизнесе.

Но решив не ссориться с Петром, я попыталась объяснить своё поведение.

– Не люблю, когда меня оценивают только как ошибку молодости Родиона Кауто. Всегда так реагирую. Так что, извини.

– У Стаса это профессиональное.

Я ухватила с подноса официанта бокал с шампанским. Едва слышно хмыкнула.

– Профессиональное? Это что же за профессия такая? Людей унижать?

– Настя, ты не права.

Я перестала крутить головой по сторонам, всматриваясь в лица людей вокруг меня. На Петра посмотрела. Наверное, впервые взглянула на него под другим углом, как на брата Стаса Грушева, а не просто на Петра Касимова. Взглянула на него, приценилась, потом сказала:

– Ты лучше него. Хотя бы потому, что тебе не приходится обижать людей и топтаться на их самолюбии, ради собственной выгоды, славы и популярности. Ты честно делаешь то, что умеешь.

Мы с Петром смотрели друг другу в глаза, и я видела, насколько он ошарашен моими словами. Ошарашен, а ещё призадумался. Потом спросил:

– Ты так думаешь?

Я кивнула.

– Да.

Он усмехнулся.

– Ты меня не знаешь, Настя.

Я пожала плечами.

– Ты честно и профессионально делаешь свою работу. Я смотрела твои репортажи, ты талантлив, ты справедлив.