Несудьба

Но ситуация один в один повторяется! Я, черт возьми, снова не знала, что мы действительно увидимся!

И снова наломала дров… Пора отвечать за свои поступки или можно еще немного побыть глупой девочкой?

– Алена, – мама обнимает меня, и я сразу чувствую на глазах слезы. Предатели так и норовят скатиться по моим щекам, и я старательно пытаюсь не разреветься прямо сейчас, – он приехал к тебе. Такой красивый букет привез! Иди. Он даже почти нашел общий язык с отцом. Папа, конечно, пока еще строгий и требовательный, но, кажется, у него есть все шансы справиться с этим. Давай. Переодевайся и приходи. Мы ждем. Он ждет.

Он ждет… Да. И я ждала. Долго ждала.

Но ведь… он ведь тоже меня долго ждал. Ждал, пока я справлюсь со своими страхами. Ждал, пока приму свои чувства. Ждал, пока разберусь в себе.

Как сложно-то, а.

– Сейчас приду, – шепчу, не веря своим словам.

Я умываюсь так медленно, как только могу, и переодеваюсь точно так же. Плету себе две косы, вместо того чтобы завязать быстрый хвостик или просто пройтись по волосам расческой. Тяну время как могу, но все дела заканчиваются, и эта встреча неумолимо приближается.

Первый шаг в сторону кухни дается мне невероятно тяжело, и я даже снова застываю на пару секунд в проеме, еще раз удивившись происходящему.

Сережа сидит слишком счастливый. Собранный, но счастливый, по глазам вижу."

"Он кидает быстрый взгляд в мою сторону и тепло улыбается, но не встает ко мне, сидит на месте. Понимаю. При папе я бы тоже не рискнула.

– Садись к нам, доча, – говорит папа, и я отмираю, проходя и усаживаясь за стол рядом с Сережей. Близко, если смотреть со стороны, но далеко для того, как хочется нам сидеть.

Внутри меня вся злость и обиды испаряются, когда я понимаю, что он действительно рядом. Все равно, что там было, просто дайте мне его обнять…

Но обняться у нас, конечно, не получается. Мы не рискуем, пока папа рядом, даже смотреть друг на друга.

Я замечаю на подоконнике тот самый букет, о котором говорила мама, и расплываюсь в улыбке, все еще не веря в то, что мы находимся в реальном мире и все происходит всерьез.

Все возвращаются к диалогу, словно до этого просто ставили его на паузу, но все, о чем они говорят, смущает меня раз в сто сильнее, чем молчание и странные взгляды.

– Так что, Сергей, говоришь, что сильно влюблен в мою дочь? – спрашивает папа, явно устраивая этот спектакль для меня одной. Ну спасибо.

– Люблю, – отвечает Булгаков не задумываясь. – Сильно. Настроен серьезно, не подведу больше.

– Ты же в курсе, что она ревела из-за тебя все дни, как приехала, да?

– Папа! – шикаю на него. – Не из-за него я…

– А ну цыц! – рычит папа, быстро взглянув на меня. – Сиди и слушай.

– В курсе, – кивает. Мне резко хочется расхохотаться от его тона и поведения.