Несознательный 2

Что ж, это были последние испытания на полигоне, дальше требуется испытывать изделия в условиях приближенных к боевым, то есть, непосредственно на море, используя в качестве мишени какой-нибудь списанный военный корабль. Будем надеяться, что все пройдет нормально. Теперь я понял к чему все эти гонки, летом СССР вступит в войну против Японии, у которой флот не чета нашему. Правда, большая часть этого флота в настоящее время потоплена благодаря усилиям США, но нам и оставшегося хватит за глаза. Где-то еще притаились линкоры Нагато, Ямато и Мусаси, четыре авианосца и тяжелых крейсеров пока еще хватает, и все они к концу сорок четвертого охраняют внутреннее море.

Ну а у работников моего отдела вдруг образовалось свободное время, и я наконец-то смог отыграться за снобизм некоторых наиболее наглых конструкторов, тут же загрузил их проектированием оснастки для производства наших самолетов-снарядов. Пусть поработают на благо производства, а то ишь, белая кость. И конечно, они не удержались от демарша, и пошли жаловаться к Челомею. Ага, пожаловались, уж не знаю, что им сказал Владимир Николаевич, но пришли они от него крайне задумчивые и молча встали за кульманы, видимо он объяснил им, что заводские конструкторы заняты работами по реактивным истребителям, а запуском наших изделий в производство заниматься некому. И да, впоследствии я над ними за это дополнительно поиздевался, дело для них оказалось непривычным, поэтому ошибок наделали много, даже большой опыт не спас.

С оставшимся же контингентом вернулись к проектированию жидкостного ракетного двигателя. Ну как к проектированию, я создавал эскизы, а конструкторы их обращали в чертежи, тут уж им приходилось полностью положиться на мое «чутье» ибо такие изделия им проектировать еще не приходилось. Особенно большая проблема возникла с проектированием парогазового генератора для работы турбонасоса на основе перекиси водорода и водноспиртовой смеси, оказывается, хоть такие исследования в СССР и проводились, для создания перспективных двигателей торпед, но до конца доведены небыли. Пришлось в качестве прикрытия использовать эти наработки, но в том-то и дело, что противоречий в них хватало, осталось применить волюнтаризм, типа: так будет верно, потому что я так сказал. Надо сказать, что на эти сентенции конструкторы только хмыкали, жали плечами, но делали именно так как было указано."

"— Ты все же взялся за проектирование жидкостно-реактивного двигателя с нуля? — Спросил меня Челомей, когда я пришел к нему с отчетом по работам. — У нас же имеется возможность получить информацию из первых рук, есть такой Леонид Степанович Душкин, он как раз и занимался в НИИ-3 этими двигателями.