Несостоявшийся граф

К тому же юному князю Георгию Александровичу очень понравился подарок от загадочного изобретателя, тем более что он сопровождался красочным рассказом о случившихся во время похода приключениях и схватках. Как было не помочь столь любезному и услужливому человеку? Другое дело, что в такие тонкости, как условия предстоящего контракта, любезная Екатерина Михайловна не вникала.

В общем, несмотря на заинтересованность, проявленную Путиловым и еще несколькими фабрикантами, нужно было искать средства на расширение производства. Выпускать акции дело не быстрое, да и не слишком надежное, а потому пришлось идти в банк, причем не в один, а там возник вопрос о гарантиях.

Конечно, можно было обратиться к будущему тестю, слово которого само по себе было лучшим поручительством, но барон Штиглиц ясно дал понять, что до заключения брака никаких общих дел с Будищевым иметь не будет, а согласие на него он даст только графу Блудову.

Дмитрию ничего не оставалось, как предложить в обеспечение займа свои мастерские, имение под Рыбинском и… будущее наследство от высокородного папаши. Тут-то и всплыли все эти подробности. Как оказалось, за душой Вадима Дмитриевича нет почти ничего, кроме титула и долгов.

– В общем, так, «папаша», – подытожил результаты встречи Дмитрий. – У нас с вами разные понятия о том, что может опозорить славный род Блудовых. К тому же мне совсем не улыбается получить в придачу к титулу ваши долги. И потому я, честно говоря, не совсем понимаю, что вы можете мне предложить?

– Разве вы больше не собираетесь жениться на дочери барона Штиглица? – холодно спросил взявший себя в руки граф.

– И вероятно, рассчитываете получить некоторое приданое, а затем и наследство?

– Я тоже хочу получить свою долю от этого пирога, – без обиняков заявил совершенно сбросивший маску Вадим Дмитриевич. – В конце концов, у меня есть то, что нужно вам, у вас есть или, точнее, будет то, что крайне необходимо мне. Вы же деловой человек, не так ли?

– И какова цена вопроса? – поинтересовался давно потерявший способность удивляться человеческой подлости и жадности Будищев.

– Долги мои не столь уж велики, – пожал плечами Блудов. – Всего порядка ста двадцати тысяч рублей. Для зятя придворного банкира это сумма просто смехотворна, не так ли?

– Плюс небольшое ежегодное содержание. Хочу выйти в отставку и остаток жизни пожить в свое удовольствие. Где-нибудь в Ницце или Италии. Надоела, знаете ли, вечная петербургская слякоть.

– Фи, – сморщил нос граф. – Как вам все-таки недостает манер!

– Да уж придется, – с видом христианского мученика перед Нероном вздохнул Блудов.

– Ладно, я вас понял, ваше сиятельство, – кивнул Дмитрий.

– Думайте быстрее. Вам ведь тоже нужны деньги, и срочно.

– Все-то вы знаете… папа́.