Несносные дочери леди Элизабет

Его добродушное лицо с россыпью веснушек побледнело, рыжеватая аккуратно подстриженная бородка слегка подрагивала. А загрубевшие от работы руки он примирительно поднял.

– Кто вы? – спросила я, делая шаг вперёд. Одним выразительным взглядом я велела дочерям спрятать оружие – незнакомец не походил на угрозу.

– Мартин, к вашим услугам, – представился мужчина, отвесив учтивый поклон. Его выцветшая льняная рубаха, хоть и носила следы множества стирок, была безупречно чиста. На потёртом кожаном поясе поблёскивала массивная медная пряжка с искусно выгравированным якорем – отличительный знак гильдии возчиков. – Лейр бургомистр приказал доставить это для лейны Элизабет.

– Для лейны Элизабет? И что там? – удивлённо переспросила я, разглядывая внушительную телегу. Её высокие деревянные борта, укреплённые железными полосами, были доверху загружены холщовыми мешками разных размеров, крепкими деревянными ящиками и плотно свёрнутыми тюками.

– Продукты, кажись, – почесал затылок Мартин, неловким движением сдвинув набок свою потёртую шляпу с обвисшими полями. – Мука первосортная, крупы разные, соль морская чистая…

– Хм… я это не заказывала, – покачала головой, чувствуя, как щёки заливает предательский румянец. Такое неожиданное внимание со стороны бургомистра вызывало странное смущение, которого я не испытывала уже много лет.

– Лейр бургомистр сказал, всем новым подданным помощь полагается, – ответил возница, расплываясь в широкой добродушной улыбке, обнажившей на удивление белые и ровные зубы – редкость для простого люда. – Вы уж как хотите, лейна, но назад груженую телегу не повезу. Приказ таков.

– Что ж, выгружайте… – произнесла я с явным сомнением в голосе. В памяти невольно всплыл утренний разговор в кабинете бургомистра, его внимательный взгляд и учтивые манеры. – Говард, прежде проверь, что там, и проследи, чтобы…

– Впервые о таком законе слышу, – донёсся до меня тихий, чуть дребезжащий голос Дори.

– Дори, а бургомистр холост? – раздался лукавый голос Амели. Её зелёные глаза озорно блеснули, а в уголках губ притаилась хитрая усмешка.

– Кажись, вдовый был, – ответила старушка, с искренним недоумением посмотрев на Амели. Её морщинистое лицо выражало полное непонимание ситуации. Лорен же, растянув губы в понимающей улыбке, заговорщицки подмигивала младшей сестрице.

– Хватит! – резко оборвала я девиц, одарив их таким суровым взглядом, что обе мгновенно притихли. И круто развернувшись на каблуках, я широким шагом направилась к дому. – Продолжим осмотр…

Второй этаж встретил нас скрипом ступеней и гулким эхом шагов, отражающимся от высоких потолков. Здесь располагались спальни, и запустение ощущалось особенно остро.