Неслучайная няня для миллионера

– Ладно, проводи меня, – начальник обнимает меня за плечи, потеснее прижав к своему боку. – Ты, кстати, ещё больше похорошела, – бросает как бы между прочим, пока мы медленно идём по мощёной дорожке. – Вижу, испанское солнце пошло тебе на пользу!

Я удивлённо вскидываю голову, чтобы посмотреть в глаза своего босса.

– Да, я знаю, где ты была, – признаётся он с улыбкой. – И знал, когда вернёшься. Ты спросишь меня, почему я здесь? Так вот ответ очень прост: напомнить о том, кому ты обязана и что должна делать. Раз уж ты забыла. Ты ведь не няня, Белова. И можешь сесть в тюрьму за мошенничество, – он прижимается губами к моему уху: – Не надо шутить со мной!

Чемодан Амины я оставляю в её комнате... Хотя ещё десять минут назад собирался переселить девушку к себе. А вот теперь уже сомневаюсь.

Пока домработница возится с Лизой, открываю шторы в своей спальне и сразу вижу их. Её жених обнимает Амину за плечи, наклоняется к ней... И я понимаю, что они целуются.

Морщусь и отступаю от окна. Однако продолжаю смотреть.

– Тимур Алексеевич, как же Лизочка выросла! – восторженно восклицает Галина Викторовна за моей спиной. – Боже! Вы посмотрите! Да она уже сидит!!

– Да... – я наконец отрываю взгляд от сладкой парочки в саду и смотрю на дочку. – Это заслуга Амины. Лизе с ней хорошо.

Словно сам себя уговариваю, чтобы немедленно не уволить няню.

Я разочарован, зол, обижен... И обида во мне настолько сильная... Даже как-то глупо испытывать подобное в моём возрасте. Ну я же не мальчишка!

Видимо, то, что происходило между нами в Испании, было для Амины просто короткой интрижкой. Вот и всё! И теперь она снова со своим женихом.

Взгляд вновь дёргается к окну, но в беседке уже никого нет.

– Тимур Алексеевич, у Вас всё хорошо? На Вас лица нет, – причитает домработница.

Да что она лезет ко мне?

– Я в норме, – бросаю бесцветным голосом.

На самом деле я злюсь не на Галину Викторовну. И даже не на Амину. Я злюсь на самого себя! Почему я так любезничал с её женихом? Почему просто не выгнал? Она же моей стала! Моей! А он, вашу мать, ей кто?!

– Давайте я сама покормлю Лизу, – голос домработницы вклинивается в поток моих мыслей.

Я согласно киваю. Подхожу ближе, целую дочку в лобик и жду, пока Галина Викторовна её унесёт. Потом разбираю свой багаж и ухожу в душ.

Все мысли ещё там, в Испании. Я вспоминаю нашу первую ночь с Аминой... и вторую... И то, что было в промежутке... Вода не способна смыть эти воспоминания. И вода не способна заглушить муки, вызванные непониманием.

Я реально не понимаю, что будет дальше!

И ведь так и не потрудился сказать Амине прямо, чего от неё хочу. Всё вокруг да около ходил...

Покинув душевую, оборачиваю полотенцем бёдра. Возвращаюсь в спальню и застываю в недоумении. В моей комнате Маша. Она сидит на краю постели.