Это несерьёзно

Да и вообще, почему я лгу? Зачем? Следую пословице «меньше знает — крепче спит»? А если он будет делать так же? Что это, если не конец браку?

Я смотрю на густые, чуть вьющиеся волосы мужа, на его красивый профиль, тонкие губы. Я прекрасно знаю, каким нежным и заботливым этот человек бывает. Так почему я сейчас сжимаюсь от банального жгучего страха?

Марк никогда не поднимал на меня руку, но я боюсь. И эта роль мне не нравится.

— Слушай, я наврала, — говорю вслух по возможности беспечно. — Не знаю зачем. Я обедала с Баженовым и хотела бы тебе об этом рассказать.

Он застывает. Пульс молотит ускоренно. Марк жмет на газ и молчит, а я… просто не знаю, что еще добавить.

Реакция Марка меня взволновала. Даже сейчас, спустя сутки, когда собираюсь домой после работы, кручу-верчу ее в голове. Безостановочно.

Иногда, если случается что-то принципиально новое, не сразу понимаешь, как относиться. Все последние пять лет… как и всю свою жизнь, я стараюсь быть старше, мудрее, лучше. У меня внешность смазливая — голубые глаза, светлые волосы. Я борюсь с тем, чтобы меня не считали дурой.

Тем не менее сейчас приходится признать: я ощущаю себя именно такой. Если начистоту — я просто в панике.

Делаю вдох-выдох и, отменив вызов такси, иду по улице. Вечереет. Летнее столичное солнце уже не такое жестокое, как месяц назад, и в пять вечера греет почти ласково. Глаза приятно ноют. Весь день я просидела перед экраном, и теперь зрение перестраивается. Захожу в небольшой сквер и любуюсь на пышущие сочной зеленью клумбы.

Хочется кому-нибудь написать или позвонить, но так вышло, что ни одна из подруг не ждет моего внезапного сообщения. Я не писала годами. Они мне тоже не писали, но… я первая вышла замуж и переехала из города. Нельзя пропасть из жизней людей, а затем появиться, когда начались проблемы.

Знаю точно, что Баженов поднимет трубку, но ему рассказывать о муже я не буду точно, поэтому решительно отметаю этот вариант.

В такие моменты, когда по какому-то вопросу мнение пока не сформировано, спрашиваешь, что думают другие, ищешь информацию. Разве нет? Как иначе понять, что хорошо, что плохо?

Я не могу позвонить маме. Она прекрасный человек, но любит меня слишком сильно и обязательно попытается помочь. Ввернет при следующей встрече с Марком какой-нибудь хитрый совет, как бы невзначай обронит, и муж сразу поймет, что я наябедничала. А мы с ним договорились, что не будем вмешивать родителей в свой брак.

И все-таки. Уже сутки прошли, а меня не отпускает. Я выбираю в телефоне тетю Таню и звоню ей.

— Кристина, привет, моя золотая девочка! Как твои дела? Что-то случилось? — Приветливый голос успокаивает и одновременно бодрит. Уникальное свойство.