Это несерьёзно

Я могу спокойно трудиться дома, но за последние пять лет настолько одичала, что вцепилась в возможность находиться среди людей зубами.

Девчонки только меня и ждут. Подпрыгивают с мест и бегут разбирать то, что я купила по пути.

— Ванильный латте, карамельный раф, капучино на миндальном молоке… — перечисляю я, раздавая напитки. Роняю между делом: — Моя Николаева еще не пришла?

Анна Николаева — чудесная детская писательница. Ее книги светлые, запоминающиеся, трогательные, они о дружбе, верности, любви и правде. Работать с ней — большая честь, и я каждый раз ощущаю смятение, когда думаю о том, что муж купил мне эту возможность, просто потому что мог. В руках прекрасный шанс, который нельзя упустить. Но на шее при этом болтается чувство вины, что я заняла чье-то место. Увесистое такое. Стараюсь не быть мямлей, но, если начистоту, роль стервы тоже не совсем моя.

Сейчас мы с Анной трудимся над оформлением детективной серии для подростков.

— Она перенесла на четыре. Ты не видела? Я отправляла сообщение, — заявляет Марина, попробовав напиток.

— Нет… Фух! Я так летела, боялась опоздать, что ничего не слышала. — Плюхаюсь в кресло и восстанавливаю дыхание.

— С кем обедала? С Марком? — спрашивает Людмила, уперев подбородок в ладони.

Она обожает нашу пару, обожает слушать истории из жизни. Как познакомились, как поженились. Для Людмилы мои отношения с мужем — это подтверждение того, что красивые сказки существуют. В ее мире я, правда, почему-то непременно из небогатой семьи. Она частенько забывает, что у моего отца свой молокозавод, и любит подчеркивать, что для настоящей любви не важна разница ни в возрасте, ни в материальном положении.

Я с ней не спорю, Марк и впрямь мужчина щедрый. О таком можно только мечтать.

— Не совсем. У Марка новая должность, он занят с утра до ночи. Мы видимся-то не каждый день. Пашет как вол.

— Бедный. Представляю, как это непросто, но жизнь в браке — это ведь не только плюшки, но еще и терпение. Много терпения.

На телефон падает уведомление о поступлении странной, не круглой суммы. Я вглядываюсь в цифры, не понимая, откуда они взялись. Почему именно столько? И от кого? Я беру заказы на иллюстрации, но в моем прайсе именно таких цен нет. Подозрительно.

Или оригинально. Есть у меня один знакомый фанат оригинальности, кстати. Мысленно делю на два, потом на три — и вуаля! Все сходится. Получилась сумма счета, который я оплатила. Демьян решил наказать, вернув ее в тройном объеме.

Хочу перевести деньги ему обратно, но не выходит. Оказывается, к его номеру не прикреплен счет ни в одном банке. Девственно чистый номер телефона, таких даже у подростков сейчас нет. А других его контактов я не знаю.

«Сволочь», — пишу Баженову.

«Ладно, сдаюсь. Спасибо. Куплю себе что-нибудь классное».