Это несерьёзно

Когда она слезает с моих колен, я вдруг ощущаю столь сильную потерю, что это выстреливает в физическую боль. Наши взгляды встречаются, Крис медленно отсаживается. Сердце гудит гулко.

Мама продолжает там что-то лечить, извиняется, просит самому ничего не искать. Я как-то враз охреневаю от того, что человек, который меня растил, — не мой родной отец. Действительно ощущаю нечто похожее на горе, потому что, как бы там ни было, я всю жизнь любил его и старался понравиться. Но шок только начинается.

Мы с птенцом пялимся друг на друга, и оба мгновенно понимаем, что обратно к дружбе не вернемся. Не сейчас, не в этот момент. Остается только одно — максимально продлить время вместе и увеличить количество нежных поцелуев в висок.

— Хорошо, мам, я приеду и поговорим. Спокойной ночи.

Сбрасываю вызов и откладываю мобильник. Кристина вскакивает на ноги, она безумно хороша в моих белых и черных рубашках. Настолько хороша, что я уверен: мы натворим херни, если расстанемся."

"Об этом я ей и сообщаю прямо вслух. Представить Крис в чужих рубашках я, может, и смогу потом, когда-нибудь лет через двадцать, но их пережить сперва надо. Я просто в бешенстве. Впечатываю с размаху кулак в руку. Мы расшибемся в ревности, обиде и злости.

Поэтому делаю единственное правильное предложение:

— Слушай, давай забьем? Вообще похер. Детей заводить не будем, как сестру я тебя не воспринимаю. Закроем этот вопрос и продолжим делать все то, что делали. Я… Эй, Крис. — Беру ее за руку, не позволяя отойти. — Я тебя не отпускаю.

— Ты мне угрожаешь? — В ее голосе звучит надежда. Кристина оборачивается, улыбается и смотрит на меня. — Точно?

— Абсолютно.

Рывком снова ко мне. Наши нити дрожат, тонкие, как паутина. Крис поспешно забирается на колени, обнимает руками и ногами, я прижимаю ее к груди, вдавливаю в себя.

— Ты для меня самый важный человек, — шепчет она. — Самый важный. Ты мой человек. Понимаешь? Ты — мой!

Сердце долбится о ребра.

— Если мы решим расстаться, то будем делать это постепенно. Без боли. Ты обещал мне.

— Конечно.

— У нас ничего не получится, но мы это и так всегда знали. Просто еще один фактор. Давай не будем пороть горячку и поступим как взрослые люди. Ты только не бросай меня резко. Не бросай ни в коем случае. Я не готова остаться одной. Даже если вдвоем больно, одной я не могу. Не хочу. Не сейчас. — Она быстро вытирает глаза. — Давай переболеем этим вместе, пожалуйста.

— Обещаю. Я тебя не оставлю. И блядь, с кем-то новым нужно будет обождать. Это мое условие. Малыш, я… твоя вагина слишком мне нравится. Я… не смогу. Знать. Не сейчас.

Она делает вдох-выдох.

— Я постригусь в монашки. Тебе так станет легче?

— Если честно, то да.

— Окей, — нервно смеется. — Договорились.