Это несерьёзно

— Ты хочешь поговорить про девушку? Я не против, давай, но я вряд ли добавлю что-то новое. Она умерла, малышка, после секса со мной. Я ничего не делал, по крайней мере, умышленно. Хотя, может, и делал, но сам не понял. Я бы многое отдал, чтобы вернуть время и спасти ту информацию о вскрытии. Я бы сам хотел знать.

— Нет, нет… Блин, я точно не думала о твоих бывших подружках в эти минуты. Я узнала кое-что важное. И это… капец. И для тебя, и для нас.

Поначалу Демьян смеется. Потому что наше кровное родство — это такая чушь, что я сама в первый момент готова была у виска покрутить. Потом он надевает штаны, пряча все еще твердый член, и мы полчаса перед зеркалом сравниваем родинки. Я приношу ему лед из холодильника, заворачиваю в полотенце и прикладываю к лицу. Это нужно было сразу сделать, но я была слишком пьяной, а он хотел секса.

— Я вообще не уверен, что это признак родства, — произносит он. — У твоего отца же нет такой.

— Зато есть у моего деда. Может, они через поколение передаются?

Родинка Демьяна на родинку деда похожа даже больше моей. Я лезу в гугл, чтобы разузнать побольше, но Баженов останавливает:

— Это все какая-то хрень. Погоди, что мы как дети. Давай просто спросим.

Он берет мобильник и набирает номер своей матери.

Глава 36

Демьян

Мать отвечает на вызов не сразу, приходится набрать еще раз.

— Демьян, привет! — Ее голос звучит встревоженно.

Оно и понятно: обычно я не звоню по ночам. Мы периодически, три-четыре раза в месяц, завтракаем, когда я бываю в Москве по делам или она в Питере, этого более чем достаточно.

Увы, не сегодня.

— Привет, мам. Удобно разговаривать?"

"Птенец Кристина выглядит такой юной и беспомощной, как никто никогда в жизни. Кутается в мою рубашку, будто после ответа мамы я буду ее отбирать. Смотрит огромными напуганными глазами. Потребность положить трубку и оборвать ситуацию немедленно — острая. Моя женщина боится, я реагирую — ищу способ защитить.

Потребность защищать — одна из издержек моей профессии, сейчас она обостряется. Как можно спасти девушку от того, что у нас с ней в ДНК? Я не понимаю.

Качаю головой, отбрасывая неприятную мысль.

— Я только что вышла из бассейна, и не очень удобно, но если тебе срочно нужно, — а тебе нужно, иначе ты бы не стал так поздно звонить, — время найду. Так что произошло?

Где-то на заднем фоне включается фен. Она, видимо, в раздевалке.

В ситуации нужно поставить точку немедленно, но я мешкаю. Задать матери вопрос такого плана — на самом деле испытание. Я не собираюсь причинять ей боль. Она из тех людей, которые под защитой.

— Мам, я сейчас в Турции на отдыхе и случайно встретил отца.

— О, да, он улетел по делам. Как вы поговорили? — В голосе сквозит надежда на то, что мы помирились.

— Так себе. Он… мам, он намекнул, что не родной мне.