Дело нервного сообщника

– Но тогда она не может быть одной из тех двух женщин, которые сели в ваше такси на Норт-Ла-Бреа?

– Если это женщина с дороги из загородного клуба, то нет.

– У меня все, – сказал Гамильтон Бергер.

Мейсон, приветливо улыбаясь, сказал:

– Правильно ли я вас понял? Если окажется, что она была одной из тех двух женщин с Ла-Бреа, то она не может быть той женщиной, которую вы подобрали, возвращаясь из загородного клуба?

– Верно. Если бы я увидел ту женщину снова, я бы узнал ее… точно так же, как узнал ее на опознании… только, может быть, когда я увидел ее на Ла-Бреа… э-э… ну, я не знаю…

– Вы знаете только, что видели эту женщину третьего июня или днем, или вечером? – спросил Мейсон.

– Да.

– Но видели ее в тот день только раз?

– Женщину, которую я посадил в свою машину по дороге из загородного клуба, я в тот день видел только раз, в этом я уверен.

– У меня все, – сказал Мейсон.

– Вопросов нет, – сказал Гамильтон Бергер раздраженно.

– Есть еще свидетельства, мистер Бергер? – спросил судья Хойт.

Прокурор ответил:

– Видите ли, ваша честь, я абсолютно уверен, что револьвер, фигурирующий в деле как вещественное доказательство, был приобретен мужем подозреваемой – мистером Энрайтом Харланом. Но в данный момент я не могу этого доказать.

– Можно поинтересоваться, почему? – спросил судья.

– Кто-то записал имя Энрайта Харлана в регистрационный список покупок огнестрельного оружия и в квитанцию о продаже, но установлено, что это не почерк мистера Харлана. Есть подозрение, что это женский почерк.

– Это почерк миссис Харлан? – спросил судья Хойт.

– Нет, ваша честь. К сожалению, это не ее почерк. Очевидно, какая-то другая женщина вписала имя Энрайта Харлана. Продавец же в настоящий момент не может припомнить всех обстоятельств покупки.

– Можете вы показать, чей это был револьвер?

– Единственный путь установления собственника – это показания мужа подзащитной. А против этого, разумеется, тут же будет выдвинут законный протест, ибо в подобных делах муж не может давать показаний против жены без ее на то согласия.

– Да-да, – сказал судья Хойт, нахмурившись.

– Думаю, всем очевидно, что здесь произошло, – гнул свою линию прокурор. – Мы стали свидетелями приведения в действие плана, разработанного с целью запутать свидетеля. Я полагаю, суду следует пристально взглянуть на это дело. Я считаю, имел место факт неуважения к суду.

– Не вижу, как можно выдвинуть здесь такое обвинение, – проворчал Хойт. – Но вполне возможно, что Ассоциация адвокатов заинтересуется.

И судья бросил взгляд на Перри Мейcона.

– Почему? – с простодушным видом спросил Мейсон.

Лицо судьи помрачнело.

– Вам лучше знать, почему, – сказал он.