Нерушимый 7

Для всех детей мать — самая лучшая, даже если она пьет и бьет, потому в казенном учреждении он будет страдать. А вот припугнуть ее, чтобы руки поменьше распускала, не помешало бы.

— Итак, — Димидко повысил голос, чтобы перекрыть шум, — насчет таблицы. Нам осталось четырнадцать игр. Соперники: «Текстильщик»…

— Справимся! — крикнул Погосян с лавки. — Мы «Торпедо» нагнули, фиг ли ивановцы?

Матвеич дал ему подзатыльник.

— Ты вообще слышал, что Саныч говорил? Расслабился он!

Погосян набычился, глаза его налились кровью:

— Я нормально играл, это защи косячили, разбегались…"

"— Молчать! — прикрикнул Димидко. — Всех противников рассматриваем как серьезных, ясно? «Текстильщик» — команда средней руки, но может приготовить сюрприз. Потом у нас воронежский «Факел». Эти игры пройдут без Хотеева, потому — максимум осторожности. Проигрывать нам нельзя. Вообще ни разу. «Нефтяник», «Новбахор». Тут уже выйдет Хотеев и, надеюсь, Нерушимый подстрахует. «Локомотив»… вот тут будет сложно, потому что они взяли сильных нападающих, без Сани нам может быть больно. «Шинник», «Динамо» из Сухуми — думаю, справимся. Потом «Тилигул» и «Геолог». В конце октября, двадцать второго, кажется — «Урал». С ними тоже опасно…

— А «Кардифф» когда? — спросил Погосян.

— Точные даты еще не определены, — ответил вошедший в раздевалку Витаутович, закрывая обсуждение грядущих соперников. — На самом деле наверху, — он указал пальцем в потолок, — все знают, но нам не говорят. Ориентируйтесь на девятнадцатое-двадцатое октября. А теперь, товарищи, попрошу внимания!

Все смолкли, замерли, уставились на него. Он объявил:

— Завтра, второго сентября, утром наш Александр Нерушимый отбывает на сборы в Москву, а затем летит в Сочи. Наш игрок будет защищать честь Союза! Представили? — Он хищно улыбнулся. — В прошлый раз я не смог с вами отпраздновать радостную весть, потому ужинайте… А можете и не ужинать. И все — в «Чемпион»! Нас там уже ждут.

— Ура! — в два голоса воскликнули Погосян с Левашовым.

Димидко укоризненно покачал головой.

— Разлагаете дисциплину, Лев Витаутович!

Тирликас подмигнул мне и вышел.

Глава 14

И сразу — в дамки!

В «Чемпионе» на каждом столике нас ждала бутылка шампанского и закуска. Да не просто чипсы с орешками — креветки, кальмары кольцами, роллы, разного вида сыр и бутерброды с красной икрой. Фотограф Олег тут же вскочил и принялся нас фотографировать, Дарина, беседующая с мамашей Клыка, которая еще раньше всех просила называть ее по имени — Оксана, встала и зааплодировала. Клык ожидаемо вспыхнул и остолбенел, стоя у входа.

Даже помощника тренера, Петра Казимировича по прозвищу Древний, я заметил. Он пил чай, заедая печеньем.