Неприкаянный 1

Развили полный ход уходя от погони, и вот тут-то волна весьма жёстко дала понять, что не стоит брать на себя слишком много. В общей сложности нам едва удавалось выдавать тридцать четыре узла, при этом дружно клацая зубами, словно щелкунчики. Снегирёв встал с сиденья и управлял катером стоя, так как сидеть не получалось, эдак ведь и позвоночник рассыплется.

— Невозможно работать, — посетовал вышедший из каюты лейтенант, закрепляя за поручень страховочный пояс.

— Прошу прощения, Андрей Максимович, нас приметили наблюдатели на островах, так что вынуждены спешно уходить. А тут ещё и погода немного испортилась, — пригнувшись и принимая очередную порцию брызг на капюшон, пояснил я.

— И насколько упала скорость? — полюбопытствовал тот.

— Четыре узла недобираем.

— А ведь это даже полноценными тремя балами не назвать.

— Согласен, с мореходностью у нас не очень. Но чего вы хотели от переделки.

— Хотите сказать, что специально спроектированный катер выдаст результат получше?

— Вне всяких сомнений, — убеждённо кивнул я, прикрываясь от очередной порции брызг, и хватаясь за поручень.

Через полчаса я вновь поднялся на парашюте, чтобы убедиться в том, что преследователь окончательно от нас отстал. А вернее повернул обратно. Ну и правильно, чего гоняться за тем, кто заведомо быстрее тебя. Если бы имелась возможность зажать, тогда совсем другое дело. И именно чтобы исключить такую возможность, я и поднялся. А то мало ли с кем японский командир свяжется по радио.

Мы опять снизили скорость до крейсерской и Лазарев смог вернуться к составлению схемы японской временной базы. Я спустился вместе с ним в каюту. С одной стороны, тут тепло, с другой, могу подсказать, если он чего запамятовал. Уж я-то не забуду…"

"До Артура дошли как и рассчитывали, в час по полудни. К этому времени уже успели снять и ввести на внутренний рейд «Ретвизана», а Макаров объехал все корабли эскадры. Ну и сделать первые кадровые подвижки, куда же без них.

Для меня ничего неожиданного, для остальных весьма заметные. Так контр-адмирал Иессен назначен начальником отдельного отряда крейсеров во Владивостоке, а командовавший им Рейценштейн отозван в Артур, чтобы принять под команду отряд крейсеров уже здесь. Молас же занял должность начальника штаба.

Лазарев доложил по результатам разведки Эссену, а уже вместе с ним они направились с докладом к Макарову. Я скромненько остался в сторонке, ничуть не переживая по поводу того, что меня могут затереть. Не получится при всём желании, буде таковое возникнет. Не удержится Молас от доклада по моему катеру, а Степан Осипович от любопытства…

Ну, а я о чём. Правда добрался командующий до моего катера только к пяти вечера.