Неприкаянная

Она была больше моей прежней, но это и к лучшему, при смене облика или простой маскировке это может существенно облегчить мне жизнь. Вполне сформировавшаяся девушка и худенький юноша, на взгляд простого обывателя, никогда не смогут сойти друг за друга и если на вас напал юноша, то встреченная через несколько мгновений девушка тут точно ни при чем. Но глаза… Глава приметные. Форма моя, а вот цвет… Большие, чуть вытянутые к вискам, но не черные, а голубые. Такие, как у Ланьи. Волосы, теперь действительно густые, черные, но вот белоснежные, искрящиеся прядки в них это не мое и, как мне кажется, Ланья тоже не имеет к ним никакого отношения. Это Двардский. Это его молния. Его эксперименты. Их тоже придется скрывать. Овал лица тоже не мой и губы не мои. И все же я человек. Девушка. Пусть выгляжу моложе, не на девятнадцать, а на шестнадцать, а парнишкой еще моложе, но возраст дело наживное. Главное, остаться в живых. Ведь мне есть ради кого жить, ради кого бороться. Не знаю, как дальше сложится наша жизнь, но одно я знаю точно. Я сделаю все, чтобы Ангел не просто вошел в великосветское общество, а сделал это с гордо поднятой головой.

Своим внешним видом я осталась довольна, предоставленными апартаментами тоже. Вот только желанные сердцу удобства найти бы еще и можно присвоить им разряд люкс.

Ах, если бы малыш не спал так сладко, то смеялась я бы сама над собой громко и долго, а так… Я ведь нашла! Удобства-то! Сначала нашла две небольшие дверки, одна из которых вела в довольно вместительную гардеробную, а вот вторая… Это было очень маленькое помещение с одним-единственным предметом мебели — тумбочкой.

Довольно долго я честно смотрела на нее, пытаясь понять, зачем она спрятана в этом помещении. Не придумала. Решила потрогать. Рассмотреть. Рассмотрела… Оказалось, все просто! Открываешь дверку, откидываешь к стене верхнюю панель, и предстает перед глазами нуждающихся что-то очень похожее на каменное ведро без дна, с толстыми гладкими стенками. Ухохатывалась я долго и потому не сразу смогла оценить удобство данного приспособления. Камень оказался теплым, яма бездонной, и встал ты с этого чуда чистым, как младенец. Вот только тумбочка. Это я мелкая, а если гость с более пышными формами окажется? Застрянет? Или не войдет? А мелкого засосет или нет? Как-то в доме графа я на такие мелочи внимания не обращала. Жива буду, займусь модернизацией, а пока — спать. Долго. С удовольствием."

"Утра у нас не было. Был сразу обед, ибо только к обеду мы проснулись и вышли из своих апартаментов. Тогда же узнали о том, что еще одна дверь из гостиной ведет в комнату, предназначенную для умывания и купания. Небольшая каменная чаша, сделанная в виде цветка, вырастающего прямо из пола вместо раковины, поразила мое воображение.