Неприкаянная

Завязался бой, и еще двое были убиты. Всего в этот день погибли шесть воинов, состоявших ранее в охране графа Урвалона. На этом все и закончилось. Весь оставшийся вечер и полночи мы отвечали на вопросы городской стражи, а после их ухода я попросил гостей покинуть наш дом, отказав им в гостеприимстве. Если бы Крауш принадлежал к высокому роду, я вызвал бы его на дуэль, но так как он простолюдин, я требую сослать его на каторгу.

— Крауш обвинил вашу дочь в колдовстве, назвав ее ведьмой. Что вы можете сказать по этому поводу? — задал вопрос герцог, пытаясь за густой вуалью разглядеть лицо обсуждаемой дамы. Его изрядно напрягало ее спокойствие и абсолютная неподвижность. А еще именно этот вопрос интересовал его с самого начала больше других. Он приготовился слушать, не отрывая взгляда от артефакта, который до сих пор не мигнул ни разу во время рассказа ее отца.

— Моя Миира воспитывалась как дочь воина. Будучи молодым, я очень хотел иметь сына, но у меня дочь, и потому она может защитить себя и своего ребенка.

— Каким оружием вы владеете, Миира?

— Стилетами, веером, боевым посохом.

Тихий и совершенно бесстрастный голос молодой женщины не понравился герцогу. Обвинение в колдовстве давно уже считалось одним из самых тяжких. Она должна волноваться, переживать, просить его о заступничестве… После того как он услышал бесцветный голос черной вдовы, ему больше всего захотелось вывести ее из равновесия, заставить нервничать.

— Веером?

— Да.

— Разве веер это не дамская безделушка?

— Не только.

— Вы готовы признать обвинения в колдовстве?

— Нет.

— А объяснить нам всем, как вы сумели остановить направленные вам в грудь арбалетные болты?

— Вы не поверите объяснениям. Я могу показать.

— Что вам для этого нужно? — подался вперед герцог, заинтересованный ее заявлением.

— Мне нужен тот, кто будет стрелять.

— И все?

— Все.

— Что ж, прошу вас, баронесса, пройти со мной в тренировочный зал. Влас, арбалет мне! Граф, барон, вы можете проследовать вместе с нами. Остальных я попрошу остаться и подождать нашего возвращения.

Раздражение все сильнее и сильнее охватывало герцога, а закутанная с ног до головы в черное вдова оставалась по-прежнему спокойной и невозмутимой, как внешне, так и внутренне. Ее пальцы не стискивали веер, руки не дрожали, шаги были ровными, фигура просто излучала уверенность в своих силах.

Тренировочный зал встретил их звоном оружия и звуками тяжелых ударов по дереву. Появление герцога в сопровождении необычных гостей немедленно привлекло внимание тех, кто в нем находился, а вбежавший вслед за ними Влас с арбалетом в руках заставил всех отхлынуть в стороны.