Чертовски неправильный парень

Я расхаживал по раздевалке, как зверь в клетке. Желудок скручивало, а разум лихорадочно работал, просчитывая разные варианты того, что может произойти, когда я выйду на лед. Они освистают меня? Начнут чем-то бросаться? Поднимать плакаты и таблички с оскорблениями?

Как раз в тот момент, когда я понял, что больше не могу бороться с этим напряжением, в комнату с важным видом вошел Уолкер. На плече висела массивная колонка, – видимо, он думал, что так он сможет превратиться из героя Диснея в главного героя ромкома 80-х. Он подмигнул мне, и из динамиков на полную громкость зазвучала песня Тейлор Свифт Shake it off. Я поднял бровь и тут же разгорячился.

Затем, один за другим, вошли остальные члены команды, и то, что произошло дальше, было ничем иным, как сумасшествием. Их движения варьировались от веселых до совершенно нелепых, и я почувствовал себя невероятно счастливым. Это было похоже на сцену из комедийного шоу, и на мгновение тяжесть от предстоящей игры улетучилась.

Я тут же влился в импровизированную танцевальную вечеринку, исполнив свое лучшее движение бегущего человека. Мы все выглядели совершенно абсурдно, но именно эта секунда… была бесценна.

Немного простой и искренней дурости – то, что мне было нужно, чтобы снять напряжение.

Когда музыка стихла и мы перевели дыхание, я повернулся к Уолкеру. Он ухмылялся как маньяк.

– Ты, мой друг, официально принят в «круг доверия».

Глаза Уолкера расширились в притворном удивлении.

– Я в «кругу доверия»?

– Да, ты в деле, – кивнул я с усмешкой.

Он издал торжествующий возглас, и остальная команда зааплодировала… как будто «круг доверия» действительно существовал.

Дураки.

Однако это было странное чувство – осознание того, что, несмотря на все это… несмотря на все то время, которое я потратил в этом сезоне, абсолютно не желая быть частью команды… где-то в процессе игр и тренировок мне по-настоящему начали нравиться эти ребята.

С вновь обретенной уверенностью и легким сердцем я направился по коридору в сторону ледового дворца. Готовый ко всему, что должно было произойти.

Но пока шел, нервы снова начали сдавать. Я надеялся, самое большее, на обычную атмосферу перед игрой, гул толпы, волнение перед очередным матчем… но когда вышел на открытую арену, звук, который поразил меня, был оглушительным ревом, вся арена вскочила на ноги, осыпая меня… аплодисментами.

Я изумленно моргнул. Перед глазами предстали таблички с надписями типа «Ари, мы скучаем по тебе» и «Возвращайся домой».

Я был ошеломлен, сердце бешено колотилось, как оглушительные аплодисменты окутали меня. Это было похоже на сон, на какой-то тщательно продуманный розыгрыш, организованный Линкольном. Я повернулся к своему другу с недоверчивой ухмылкой на лице.