Чертовски неправильный парень

Голос в голове этим утром звучал громче, вызывая лавину неуверенности и ненависти к себе.

Глаза заскользили по линиям тела, задержавшись на тех местах, где я чувствовала себя наиболее неуверенно. Я начала терять контроль, презирая каждый изгиб, каждое несовершенство, каждый грамм жира на своем теле.

Чувство вины, охватившее меня, было чертовски знакомым. Первые проблемы с… питанием у меня появились, когда я начала жить с Шепфилдами.

Мора внимательно следила за моим весом, взвешивала еду и ограничивала меня в ее потреблении, чтобы я выглядела именно так, как она хотела. Мора воспитала меня на мысли о том, что еда – это враг. Но врага я могла победить, пока была дисциплинирована.

Часть меня знала, что эти мысли неправильны. Но другая часть, та, что проклинала меня за то, что я осмелилась съесть кусочек пиццы перед такой важной работой… была намного громче.

На глаза навернулись слезы, и я сморгнула их, не желая, чтобы они пролились.

Я могу контролировать мысли. Я могу. Я повернулась боком, изучая свой профиль. Пальцы очертили контур ребер – ритуальный жест, который придал извращенное чувство уверенности. Кости под кожей были одной из точек моего самоконтроля, свидетельством дисциплины, которую я для себя выработала.

Без предупреждения я сорвалась с места и бросилась в ванную, Уалдо следовал за мной по пятам. Я уставилась на унитаз, пытаясь уговорить себя не блевать.

Это не сработало. Я вцепилась в унитаз, мысли закручивались хаотичным вихрем."

"Двадцать минут спустя я неуверенно поднялась на ноги и прополоскала рот.

Уалдо посмотрел на меня снизу вверх, его глаза были полны беспокойства, и я погладила пса по голове, пытаясь утешить.

Дрожащими ладонями я обняла себя и попыталась взять себя в руки.

Хуже всего то, что я не только не почувствовала себя похудевшей… но теперь меня тошнило. Горло болело, глаза налились кровью, кожа была липкой… а мышцы живота болели.

– Я ужасна, – прошептала я, надеясь, что когда-нибудь я смогу поделиться и этим своим маленьким грязным секретом и немного облегчить эту боль.

Я вернулась в комнату, на прикроватной тумбочке зажужжал телефон. Я бросилась поднимать его, на экране высветилось сообщение:

Ари:

Удачи сегодня, солнышко. Скоро увидимся.

Волна тепла сразу же захлестнула меня… но также и стыд. Ари был моим шансом… шансом на что-то хорошее. И когда узнает, насколько я не в себе… это только все испортит.

Телефон снова зажужжал, сигнализируя о том, что такси на месте.

Я была близка к истерике, когда схватила сумку и направилась в гостиную. Шарлотта сидела на диване, щелкая каналы на телевизоре, и странно посмотрела на меня, когда я проходила мимо… вся в слезах.

– Увидимся, – прошептала я и вышла за дверь, прежде чем она успела задать какие-либо вопросы.