Неправильная помощница

И больно. Но боль такая сладкая, что я вряд ли переживу ее потерю. Она взрывает мой мир красками, не дает даже вздохнуть, просто сшибает ударом. Я падаю, выгибаюсь, бью руками по ковру, крича и ругаясь.

— Господи, господи, господи! Арсений! Арс, босс… — открываю глаза и вижу над собой безумный взгляд, полный триумфа.

— Кончаешь ты так же охуенно, как танцуешь….

— Правда? Тебе понравилось? — часто дышу, а Арс проводит пальцем по моим губам. Кивает.

— Я чуть не сдох, пока смотрел на тебя.

— Красочное сравнение. А от чего? От возбуждения или страха?

— С тобой эти два чувства плотно пересекаются. Я готов был кричать скорую, когда ты поднялась на самый верх.

— Я думала, ты не придешь.

— Да, я видел твое смс.

— Тебе сказать? Или показать? — обхватывает он мой сосок и сжимает, мягко покручивая, другая рука забирается под поясницу, прижимая мой лобок к плоти его члена. Такой горячей и пульсирующей, что впору бежать и спасаться.

Сказать, не сказать? Если скажу, то есть шанс, что он просто откажется от идеи, а не скажу, то разозлится потом. Но если разозлится до, то я лишусь самого красивого дефлоратора на всем белом свете.

— О том, какой ты красивый.

— Мужчинам такое не говорят.

— Ну если это правда.

— И ты красивая… Просто нереально, Маш.

— Давай устроим конкурс красоты, — кого отвлекаю: себя от скольжения по его члену, или его от скорого проникновения. Мы словно две выдры ластимся друг об друга, мокрые, скользкие. Настоящие животные.

— Давай. Выиграет тот, кто кончит больше.

— Это мало похоже на конкурс красоты, но я все равно впереди.

— Тогда моя очередь, — раздвигает он мне ноги, а я закрываю глаза, готовая ощущать адскую боль, как пишут в книгах, но вместо этого ощущаю лишь растяжение. Неприятное, но не болезненное. До какого-то момента, пока Арсений не делает резкий рывок. Черт, а вот это больно. Но я не кричу, лишь зубы сжимаю.

Открываю глаза, замечая в глазах Арсения безумие и вопросы. Он шумно дышит, упирая руки по обе стороны моей головы.

— Хочешь поговорить об этом? — тяжело ему говорить, а держаться еще тяжелее. По виску стекает капля, каждая мышца великолепного тела подвергается невероятному напряжению. А мне уже и не больно, если только немного.

— Хочу свой следующий оргазм.

— Ладно, — он начинает двигаться, на его лице невероятная мука.

— Заткнись, сейчас просто замолчи, — он отворачивает мое лицо, скользит языком по щеке, уху, начиная медленно, но верно двигаться. Еще. Еще. Рывок. Еще рывок. — Прости…

Не знаю, за что он извиняется, я почти привыкла к дискомфорту. А нет, теперь понятно, за что, потому что в следующий миг движения становятся резкими, а кожу на шее он просто прикусывает.