Неправильная помощница

Бомбит дико, ручки кресла уже трещат под давлением пальцев. Хочется, чтобы вместо них шея ее тонкая была. Подо мной, извиваясь и выстанывая мое имя своими пухлыми губами.

Она завершает номер, уходит, а у меня, кажется, сердце только сейчас стучать начинает. Глаза закрываю. Но вижу ее. Ноги длинные, которые должны не вокруг шеста обвиваться, а вокруг моей шеи. Губы накрашенные блядским красным, которым она скоро замарает мой член. Грудь эту еле прикрытую, на которую я в своем сознании, черт знает, сколько раз кончал.

Дальше я не смотрю, просто неинтересно. Я бы вообще не пришел сюда, если бы не знал, что Маше нужен этот триумф. Но больше никаких выступлений на озверевшую от похоти толпу. Хочет пилон, поставлю прямо в квартире, где она теперь будет жить. Танцевать будет только для меня, иначе вместо работы я буду думать, какой урод на нее пялится. Даже в ее этой чертовой студии.

— Арсений Ярославович, вы будете награждать девчонок? — спрашивают меня, и я глаза открываю. Голова кружится, в голове Маша, раздевающаяся только для меня, шепчущая: «У тебя не только нос большой».

— Да. Кто первое место занял?

— Трифонова, — удивляется пацан-организатор. — Она… любовница Громова, владельца журнала «Максим».

— Котова, — ну кто бы сомневался, что на нее стояк у всей команды судей был крепче, чем на дебильные трепыхания Трифоновой.

— Ну вот она и должна стать первой.

— Я поговорю с ним. Тюльпаны принесли?

— Да, курьер ждет у сцены.

Я поднимаюсь, иду к приятелю Константину и в двух словах убеждаю, что свою давалку он может порадовать и иначе. Косте, как оказывается, плевать, он вообще занят тем, что высматривает кого-то в толпе. Меня же больше волнует быстрее закончить это дебильное мероприятие, забрать Машу в номер и объяснить на пальцах, что я уже давно не школьник, чтобы заниматься играми в гляделки и ревность.

Встречаемся с помощницей взглядами.

В ее — настоящее безумие. Адреналин, восторг, счастье. Такие глаза хочется видеть, когда она будет кончать подо мной. Такой она мне нравится, даже блядский макияж ее не портит. Несмотря на старческие шмотки, я давно понял, что у этой девчонки великолепный вкус. Даже сейчас она выгодно выделяется на фоне других девушек. Принимает букет, смотря мне в глаза, обещая такие вольности, что в паху болезненно все сжимается. Сука, быстрее бы забрать ее себе.

Да, придется искать новую помощницу, но я давно думаю нанять на эту должность парня, чтобы не париться насчет влюбленности очередной женщины. Это уже по умолчанию.

Я бы прямо со сцены ее забрал, но даю ей возможность ощутить все радости триумфа. Пощебетать с подружками, пофотографироваться, выпить немного. Но слежу, чтобы не переборщила.

— Да, — отвечаю Косте, а он усмехается.