Неповторимый

Слоан слышал, что возбужденные голоса в холле все еще продолжали гудеть.

– Ну так что? – решительно потребовал он.

– Прямо сейчас? – Мысль, похоже, ужаснула ее. Возможно, испугалась, что Лорали будет в ярости, если она провалит первое же свое задание.

В любом случае Слоан был не в настроении играть в эти игры.

– Да, сейчас! Черт возьми, сказал же, что не желаю видеть тебя. Но ты явилась. Не нравится – убирайся! Понятно?

– Просто убирайся, и все!

– Нет! – Она яростно замотала головой.

Слоан схватил ее за руку, не обращая внимания на тоненький вскрик, и толкнул внутрь. С грохотом защелкнул щеколду, развернулся к девушке и уперся кулаками в бедра.

– Не паникуй! Никто сюда не зайдет.

– Никто не зайдет, – тихо повторила она.

– Разумеется, никто.

Слоан пытался не показать своего возмущения. Но – черт возьми! – девица ведет себя крайне странно, да и Лорали он говорил, что сегодня не в духе.

Девушка все так же смотрела на него не отрываясь. В пристальном взгляде было что-то раздражающее.

Он уже мечтал, чтобы она сгинула с глаз долой.

Ответное пристальное разглядывание желаемого успокоения не принесло. Огонь первобытной страсти разгорался все сильнее. Возможно, Лорали и права относительно того, что в данный момент ему нужно. Виски помогло сгладить острые углы. Хорошая любовница в постели снимет горячечный жар, который, точно бушующий ветер, никак не стихал и не давал ему покоя.

Неровный свет камина теперь лучше освещал ее поразительную красоту. Такой девушке разливать бы чай в аристократической гостиной, а не заниматься грязным делом, да еще и в захолустном шахтерском городишке. Но люди сами выбирают свою судьбу. Одежда, что была на ней, без сомнения, очень дорогая. Со вкусом у нее явно все в порядке. Что ж, ее счастье, дело при таком раскладе у этой милашки пойдет как нельзя лучше.

Взгляд Слоана задержался на ее шее, белоснежной гладкой коже, не упустив из виду лихорадочно бьющуюся жилку, опустился ниже. Внутри у него все сжалось. Полная грудь, сдавленная корсетом, была почти полностью открыта его взору.

Нет, он совсем не хочет, чтобы она уходила.

Девушка смотрела на него все с той же тревогой в глазах.

Слоан приблизился к ней, схватил за руку. Пальцы длинные, наманикюренные ногти. Ручка дамы из высшего общества, да и только. Он дернул ее к себе, расстегнул несколько пуговиц рубашки и положил узкую ладонь себе на грудь.

– Есть возражения против индейцев? – спросил он. Она резко выдернула руку.

Брови Слоана насмешливо изогнулись.

– Неужто я похож на норвежца? – мягко поинтересовался он.

Девушка протянула руку, указывая на кавалерийский мундир, лежащий на кровати.

– Я… думала, вы офицер.

– И сам тому иногда удивляюсь, – пробормотал Слоан и снова взглянул на девушку.