Неповторимая

Алистер шагнул вперед и налил себе бокал крепкого виски из графина, стоящего на столе. Выпив виски залпом, Алистер передернулся и отставил бокал. Он повернулся к Дэвиду.

— Нам надо поговорить.

— Похоже, ты выпил для храбрости?

— Ты прав.

— Тогда давай поговорим, Алистер.

— Мне следовало сказать тебе правду — ту правду, о которой известно мне, — когда я столкнулся с тобой и с твоим братом в шахте.

— Буду рад выслушать любую правду, которую ты откроешь мне сейчас.

Алистер колебался всего минуту.

— Видишь ли, я не удивился, узнав, что ты не умер.

— Почему?

— Потому, — отозвался Алистер, устремляя взгляд прямо в глаза Дэвиду, — что еще наутро после пожара я знал: найденный обугленный труп принадлежит не тебе — ты жив.

— Как ты узнал об этом? — потребовал ответа Дэвид.

— Это я подменил тебя трупом каторжника. Я вынес Шону из конюшни, прежде чем пламя добралось до нее, и я позаботился о том, чтобы труп каторжника обгорел до неузнаваемости, прежде чем положить его рядом с Шоной.

А еще я сделал так, чтобы труп каторжника, Коллума Мак-Дональда, похоронили в склепе под замком, в гробу, на котором значится твое имя…

Глава 22

Джеймс Мак-Грегор потягивал бренди, наслаждаясь удобством кресла времен королевы Анны, стоящего перед камином, вытянув ноги и положив их на скамейку. Пламя согревало его, он улыбался Шоне, и эта улыбка преображала его безобразное лицо. Несмотря на то что он принял приглашение Шоны, удобно уселся в кресле и согласился выпить бокал бренди, он смущенно признался:

— Видите ли, леди Мак-Гиннис, я ничего не смогу вам рассказать. Ровным счетом ничего. Не имею права.

Сидящая напротив Шона нахмурилась.

— Вы не скажете мне даже о том, куда увезли мальчика? Джеймс подался вперед.

— Клянусь вам, ему ничто не угрожает — это вас успокоит?

— Да. Но этот тиран Дэвид отдал вам жестокий приказ. Джеймс улыбнулся, обхватив ладонями бокал.

— Мальчик здоров, о нем заботятся, с ним ничего не случится.

— Откуда вы знаете, что он здоров? Мак-Грегор удивленно воззрился на нее.

— Как откуда? Я ведь бы лекарем, миледи, — в прежней жизни. И с мальчиком, и с Сабриной все будет хорошо. Я мог бы осмотреть ее сегодня же, но вы пожелали, чтобы это сделала ваша знакомая.

— Это было очень важно для меня. Эдвину считают колдуньей, но она не имеет ничего общего с людьми, которые похитили Сабрину. Я твердо знаю.

— Значит, это только к лучшему, что она сегодня приходила в замок, — согласился лекарь и продолжал: — Я познакомился с лордом Дагласом на корабле, когда нас обоих увозили далеко от родины, чтобы обречь на пожизненное рабство. Мне удалось избежать печальной участи только благодаря лорду Дагласу, я не считаю его тираном и рад выполнить его приказание.