Неповторимая

Она задумалась, станет ли Дэвид когда-нибудь для нее больше, чем сном?

Сабрине не спалось. Как долго она сумеет пренебрегать недомоганием, которое мучило ее во время плавания через океан? Сколько сможет делать вид, что очевидного не существует? Она улеглась спать, но тут же встала. Набросив поверх рубашки халат, она стала ходить по комнате взад-вперед.

Слоан!"

"Она помнила все подробности их первой встречи в комнате постоялого двора, когда в отчаянии пыталась спрятаться от отчима, а Слоан предположил, что она — новенькая, присланная из ближайшего борделя. Сабрина едва ли могла объяснить, в каком положении очутилась, а тем временем становилось все хуже и хуже, пока она… Однако ухитрилась скрыться от отчима. И осталась жива. А теперь должна нести ответственность за другую жизнь внутри ее!

— О Господи! — прошептала она и содрогнулась.

Ночь прошла скверно. Наступило утро, однако он не узнал ничего, что ей следовало сказать ему. И остался при своем мнении, что девушка прибыла из публичного дома…

Слоан обошелся с ней вовсе не жестоко. Он разбудил ее, и она испытала чувственное возбуждение, прежде чем успела полностью проснуться. Да, так оно и было! Всего одна ночь, одно утро! А затем Сабрина с ужасом узнала, что он не только кавалерист-полукровка со стальными сердцем и волей, но и лучший друг ее зятя. Значит, им предстоят частые встречи. Этот холостяк наверняка привык запросто выбирать себе любых женщин, белых или краснокожих, он умел казаться и обаятельным, и безжалостным, и упрямым. Сабрина была в долгу перед ним — за помощь, когда отчим выслеживал ее и Скайлар, чтобы убить.

Сабрина обхватила себя руками. Слоан — метис. Будучи наполовину индейцем сиу, он наверняка ввяжется в приближающуюся войну. Она не боится его, повторяла себе девушка. Она вообще ничего не боится.

Ложь!

Сабрина страшилась диких индейцев и, несмотря на его утонченные манеры, была уверена, что огонь, горящий под цивилизованной оболочкой Слоана Трелони, так же свиреп, как в душе любого краснокожего в перьях и боевой раскраске.

Сабрина оглядела комнату и обшарила ящики шкафа и стола вишневого дерева, надеясь отыскать бутылку бренди или шерри. Виски тоже сойдет. Вдруг она остановилась, припомнив слова Эдвины о том, что спиртное может повредить ребенку. Но если выпить совсем немного бренди… У нее так или иначе родится ублюдок.

Эта мысль вызвала у нее тошноту, и Сабрина метнулась к окну, спеша глотнуть ночного воздуха. Она вовсе не наивное дитя и не была такой, когда в отчаянии предприняла путешествие из Мэриленда на запад, к сестре. Девушка умела быть твердой и решительной, поскольку выросла рядом с негодяем, который убил ее родного отца и вышел сухим из воды.