Непокорное сердце огненного альфы

 – Ты же знаешь, есть такая традиция: тот, кто является частью семи семейств Картахена-де-Индиас, не должен знать такой слабости, как привязанность. Ни в чём. К нашим матерям это тоже относится. Те, кто даёт потомство для будущих наследников – самые обычные рабыни. Их покупают. А когда становятся больше не нужными, сбрасывают с обрыва. Это тоже своеобразная традиция, – мужское дыхание на моём виске стало ещё более отчётливым вместе с наступившей паузой.

Паузой, за которую моё сердце снова рвалось на части, пока я пыталась вспомнить, что надо дышать.

Застрял в моём горле кислород…

Просто потому, что и другие слова, сказанные мне когда-то моей парой, тоже отчётливо вспомнились.

Тогда я беспечно отмахнулась от них. Ведь у меня были аргументы, утверждающие обратное. Те самые, что теперь превращались в ничто.

А в районе солнечного сплетения зажгло так, что уж лучше бы я в самом деле сгорела заживо, как те же старики-бароны. Тогда хотя бы это поскорее закончилось.

– Так что да, ты права, малышка Дели. Это я. Я прикончил предыдущего вожака огненного клана. Сальваторе и мой старик слишком мягко в его сторону дышали, каждый раз опасаясь нарушить существующий между ними уговор о подобии перемирия между его кланом и нашими семьями. Лучшего повода собрать их всех в одном месте не придумать. Истребить по одному – куда сложнее, сама знаешь, ни хера невозможно. Каждый из них – заслужил свою смерть. К тому же, дальше оказалось совсем легко, остальное за меня закончили младшие Оливейра. Стоило лишь дать им небольшой повод в виде проблемы с поставкой на наших морских путях. Все знают, ярость берсерков не ведает пощады и границ, пока они ею одержимы.

Так и не закончилось…

Пекло внутри выжигало дотла.

Весь мой мир горел, не только я сама…

Моя пара виновна в смерти моего отца.

Отец – убил мою мать.

А я… что буду делать я?

Как я буду жить со всем этим?

Если уже не особо-то и хочется…

В наступившей вслед за признанием Ньето тишине – слишком невыносимо. Даже с учётом того, что длилась она не так уж и долго. Хотя лично для меня – в целую вечность. Ту, что разрушилась вместе с… появлением того, кого уж точно быть здесь не должно.

Он… Николас Оливейра.

По глазам резанул яркий свет. Он же ударил по сознанию подобно кувалде. Словно кто-то взял и резко поднял рубильник, включая мои чувства на полную мощь. Болезненным импульсом прострелило каждую мышцу. Боль настолько невыносимая, что меня буквально подкинуло на ноги. Едва успел схватиться за стену для удержания равновесия, хотя ноги откровенно дрожали и грозили вот-вот вернуть меня обратно в лежачее положение. Перед глазами тоже всё плыло, поэтому не сразу удалось сфокусироваться на стоящей передо мной.

Не моя рыжая бестия.

С серебристо-инеевым цветом волос.