Непокорная невеста

Элла пробурчала что-то еле слышно, и сестры тут же сцепились.

— Девочки, девочки! — прикрикнула на них Джулиана и погладила старшую по щеке. — С тобой все в порядке?

Марджери улыбнулась и кивнула, но Раймонд видел, что у нее дрожит подбородок. Что ж, девочки в этом возрасте слишком чувствительны. С детством уже расстались, а взрослыми еще не стали. Судя по всему, через пару лет она превратится в настоящую красавицу.

Марджери держала в руках плащ матери, Элла — перчатки.

— Унесите их сушиться, — попросила Джулиана.

Но девочки не хотели уходить, и она добавила:

— Мы поговорим с вами позже.

— Мама, а кто этот человек?

Элла произнесла это так звонко, что все обернулись к Раймонду.

— Это неважно, — твердо ответила Джулиана. — Делайте, что я вам говорю.

Неважно? Хорошо же с ним обращаются в замке, который вскоре будет принадлежать ему по праву… Раймонд так разъярился, что еде сдержался, чтобы не выдать себя. Знали бы они, кто он на самом деле! Кузен короля, наследник многочисленных нормандских поместий, отпрыск знатного рода. Прошли времена, когда он должен был выклянчивать ужин, уворачиваться от ударов бича, работать, как последний раб. Напрасно леди Джулиана думает, что он позволит обращаться с собой подобным образом.

Джулиана заметила его свирепый взгляд, и ее лицо, разрумянившееся было от Тепла, снова побледнело. Она подтолкнула детей к огромной кровати, расположенной в углу зала, и храбро распрямила плечи. Подбородок у нее дрожал. Раймонду ее героическая поза показалась смешной — ведь леди Лофтс со всех сторон окружали ее слуги. Боятся ей было абсолютно нечего. Раймонд сделал шаг вперед, уже готовый назвать свое имя и объявить, зачем он прибыл в замок, но тут дорогу ему преградил давешний молодой воин.

— Что тебе здесь нужно? — спросил он, красноречиво схватившись за рукоять кинжала.

Плечи у него были широкие, лицо изборождено шрамами — одним словом, настоящий вояка. Раймонд решил проявить благоразумие и ровным, спокойным голосом сказал:

— Я — королевский зодчий, присланный его величеством, чтобы укрепить замок.

Воин подозрительно прищурился:

— А я — Леймон, и я командую гарнизоном в отсутствие сэра Джозефа. Что это у вас за странная золотая серьга, сэр?

Раймонд привык к тому, что его серьга вызывает всеобщее любопытство: Подергав себя за ухо, он мрачно улыбнулся:

— Это память о перенесенных испытаниях. Я никогда не расстаюсь с ней, чтобы не забывать о прошлом.

— Должно быть, в ваших краях это модно, — предположил Леймон и протянул руку, но не для рукопожатия. — Покажите-ка мне указ короля. Ведь он у вас имеется?

Проклятье! Этот Леймон оказался менее доверчив, чем леди Джулиана. Раймонд развязал кошель и достал оттуда письмо с печатью. Воин осторожно взял свиток и подошел к огню.