Неподкупные

Взгляд у вора проницательный, и он уловит любое мало-мальски хитрое движение мысли. Поэтому Богдан просто промолчал.

– Кто спрыгнул, спрашиваю?

– Я знаю, кто ты такой, – взглядом утяжеляя слова, сказал Богдан. – И знаю, с кем ты живешь, Рычаг. Если с Ниной что-то случится, я тебя закрою.

Какое-то время вор смотрел на него с недоумением. Наконец он очнулся.

– Ух ты! Борзый ты, лейтенант! Откуда такой взялся?

– Таких у нас много. И житья мы тебе не дадим.

– А что с Ниной может случиться?

– Тебе видней.

– А не может с ней ничего случиться. Исчезла она. Приехал, а ее нет. Одна только записка. Извини, все такое… С кем она ушла, лейтенант?

В ответ Богдан промолчал. Он знал, с кем ушла Нина. Дима ее забрал. И правильно сделал. Парень понял, что рано или поздно правда дойдет до вора, и тогда может случиться непоправимое.

– С кем она ушла, я спрашиваю! – завелся Рычаг.

– Не знаю, – покачал головой Богдан.

– Слышь ты, мусор!..

Вор в бешенстве вытянул руку, чтобы схватить его за ворот пиджака, но Богдан взял ее в жесткий захват и ловко выкрутил во внешнюю сторону. Чувствовалось, что сил у Рычага в избытке, наверное, на это он и рассчитывал, пытаясь задавить его физически. Но расчет оказался неверным. За Богданом не только силы мышц, но и безупречная техника, потому он легко взял верх над вором.

– Твою мать, лейтенант! – взвыл Рычаг, опускаясь на колено.

На шум в подъезд вбежал мужчина в костюме, что фланировал возле «Волги».

– Ах ты, сука!.. – Он сунул руку под пиджак, вытаскивая из-за пояса брюк пистолет.

Начальник РОВД полковник Измайлов требовал, чтобы оперативник брал оружие только на дело. Но при этом он утверждал, что дело само может прийти к оперативнику в любое время дня и ночи. Поэтому табельное оружие, как и наручники, полагалось держать при себе постоянно. Время нынче смутное, уголовщина распоясалась… Правильно говорил. И Богдан правильно делал, что не сдавал пистолет, когда уходил домой.

Он не стремился уподобляться ковбоям из американских вестернов, но ему нравилось, как эти лихие ребята ловко хватаются за оружие. Раз, и револьвер уже в руке…

Подмышечная кобура не такая удобная, как та, что висит на поясе у ковбоя. Но все-таки и ее можно приручить. Богдан пробовал это делать, и кое-что у него получилось. Лишь бы сейчас не сплоховать.

Раз – и Рычаг избавлен от захвата. Два – и правая рука уже под полой пиджака. Три – и палец четким движением отстегивает предохранительный клапан. Четыре – и два пальца цепляют пистолет за рукоять с мелкими зубчиками. Пять – и пистолет уже в одной руке.

Пистолет снят с предохранителя, но патрона в стволе нет. Однако у Богдана свободны обе руки, и пока одна наводит оружие на цель, другая передергивает затворную раму.