Неподчинение

А грудь… вздымалась.

— Он спит, — сказал Макс. — Натуральным образом спит. Я ему даже завидую, когда мы спали нормально в последний раз?

Я потряс Илью за плечо, он открыл глаза, уставился на меня мутным взглядом, затем всхрапнул.

Я бросился в комнаты уже зная, что там увижу. Пустоту. Зай не было.

— Она сбежала, — продолжил Макс. — Просто траванула Илью и сбежала. Ты сам это понимаешь. Если бы её украли, то вместо храпящего Ильи мы бы труп нашли.

— Замолчи! — заорал я, хотя он говорил очевидное.

Она сбежала. Просто подставила меня и ушла, смысла этой игры я не понимал.

— Нужно скорую вызвать, — послышалось за моей спиной. — Хрен знает, какую дозу ему эта чокнутая дала.

Я сжал кулаки, развернуться бы и дать в морду… Но — нельзя. Будет просто не по-человечески, ибо Макс прав, сотни раз прав. Мои люди рисковали жизнью, чтобы спасти Зай, а теперь все это просто лишилось смысла. Макс имеет право ненавидеть Зай.

— Вызывай, — кивнул я, — пусть проверят."

"Снова кулаки стиснул так, что кости хрустнули. Сейчас я был зол сам на себя — купился. Знал же, что никому доверять нельзя, и плевать, что Зай такой беззащитной казалось, плевать, что взглядом карих глаз нутро мне выворачивает. Потому что себе доверять тоже нельзя, а своему члену — подавно.

— Распорядись, — повернулся я к Максу…

И замер. Потому что увидел её — девочку в надорванном по подолу платье в горошек. Такая мелкая. Так на Зай похожа. Стоит, жмется к стене, словно раствориться в ней хочет, глаза круглые, испуганные.

— Ебаный в рот, — с чувством сказал я, прикинув перспективы. — Только обвинения в киднеппинге мне для полного счастья не хватало.

Потому что я понимал, как это выглядит со стороны. Я отморозок двух метров роста, с дважды ломаным носом, из неблагополучной семьи, из нищего района, участник боев, которые большей частью нелегальными были, список моих сомнительных достижений можно продолжать бесконечно. И мелочь пятилетка. Из богатой могущественной семьи. Думаете, кто-то поверит в мой бред о том, что украсть ребёнка меня просила её мать?

— Блядь, — снова сказал я.

Прислонился лбом к стене. Думай, думай! Как теперь из этой ситуации выбираться? Бетон, прикрытый тонким слоем дорогих обоев, приятно холодил кожу, но думать от этого не легче. От девочки нужно избавиться. Не убить, нет. Её нужно отдать.

— Девочку нужно вернуть родителям, — в тон моим мыслям вторил Макс.