Неподчинение

И остаётся только молиться о том, чтобы не узнал, как можно дольше.

— Брату позвонишь, — сказал Динар возвращаясь. — Слишком много возни было, привлекли внимание. И скажешь блять, все строго по тексту.

Я голову вздернула. Смотрю на Динара снизу вверх. Под глазами тёмные тени, веки набрякли, то ли не спал давно, то ли слишком увлекался алкоголем в последние дни. Щеки заросли щетиной, но она не такая, как у Руслана — того колкого ёжика хотелось касаться. У Динара щетина грязно-серого цвета, и словно клочками растёт. На рубашке пятно…

Он так жалок в данный момент. Пытаюсь разглядеть в нем мальчишку, которого любила когда-то — не могу. Словно умер, а на смену ему пришёл совершенно чужой, незнакомый мне человек. Но главное — не это. Я по прежнему опасаюсь Динара, у него в руках моя дочь, моя жизнь. Но во мне больше нет слепого страха. Я словно изменилась за короткие часы своей свободы.

— Нет, — говорю я по возможности твёрдо. — Я не буду ему звонить. Я ничего делать не буду до тех пор, пока не увижу свою дочь.

Я сижу на полу, поджав колени, Динар шагает ближе, наклоняется, заглядывая в мои глаза. Улыбается нехорошо.

— Смелая стала? — спросил он. — Была унылым дерьмом все эти годы, теперь волшебного хрена отведала и с колен встать решила? Сделаешь все, что скажу.

И с размаху меня ударил. Не кулаком — оплеуха. Первый раз ударил. Удар был несильным, но голова моя мотнулась, а во рту появился солоноватый привкус крови. И я…я улыбнулась, показав розовые от крови зубы.

— Да, — даже спорить не стала. — Отведала. И правда, волшебно.

Он замахнулся, но ударить второй раз не решился. Вышел, когда возвращался, я шаги его слышала, и не только их — до боли знакомый весёлый перезвон таблеток в баночке.

— Будем из тебя послушную зайку делать, — хмыкнул Динар, опускаясь передо мной на корточки.

И кинул мне банку с таблетками. Я знала, выхода нет. Пить заставит. Подобрала банку, откупорила, заглянула туда, в оранжевое стеклянное нутро — таблеток порядком. А потом просто опрокинула в рот всю банку. Проглотить сразу не смогла, во рту пересохло. Да и не собиралась. Я хотела посмотреть, как он отреагирует.

Он испугался. Я видела этот страх, что заволок его глаза молочной плёнкой. Бросился ко мне, рот руками раскрыл, таблетки выковыривает, у самого пальцы трясутся.

Тогда я поняла — что бы не происходило, Динар слаб. Сейчас я нужна ему как никогда. Главное — суметь этим воспользоваться. Динар матерился, а я мягко уплывала на волнах — пару таблеток я все же проглотила, засыпала и улыбалась.



Глава 20. Руслан

Я на мгновение замер, метнулся взглядом — на силуэте, утопающем в темноте, не виднелось крови. Через секунду Макс, выматерившись, щёлкнул выключателем, загорелся свет, я опустился на пол рядом с Ильёй. Крови не было точно.