Неподчинение

Мне нужно видеть его глаза: в них отражается мое лицо, рассыпанные по подушке волосы, а когда он кончает, волна проходит по всему телу, заставляя Руслана содрогнуться и опуститься на меня. Его рот так близко, что я чуть приподнимаю голову, захватывая нижнюю губу и прикусываю, больно, испытывая при этом дикий кайф.

Он дышит тяжело, спина мокрая от пота. Сильный, тяжёлый, бережёт меня, удерживая свой вес на локтях. Я наслаждаюсь последними мгновениями ничем не омраченного счастья и свободы — знаю, что сейчас он захлопнется, закроется от меня, вытолкнет меня обратно в сытую и благополучную жизнь золотой девочки, будущей жены самого завидного холостяка города.

Провожу пальцем по его мокрой от пота коже, затем сую палец в рот. Я, которая была так брезглива. Мне нравится его вкус. Я бы попробовала его всего, но время, данное нам, уже истекло.

— Блядь, — выдыхает он, поднимаясь с меня, отнимая себя у меня. Это больно почти физически.

— Что? — спрашиваю я, приподнимаясь на локтях.

Ещё минуту назад моя нагота казалась естественной, а теперь я её стыжусь. И на обнаженного Руслана смотрю из-под опущенных век — и стыдно, и интересно. Он поднимается с постели. Теперь я могу смотреть на него вволю. Крепкое сильное тело без грамма жира, смуглая кожа. Ягодицы, в которые я ещё недавно впивала свои ногти, да так, что один сломала — а мне завтра замуж. Наконец член, то, что ещё недавно во мне был, и саднящая боль тому доказательством. И я не могу понять, как нечто, настолько большое, поместилось в такой компактной мне.

— Ты была слишком узкой, Заяц, — говорит он, закуривает, я с удовольствием вдыхаю сигаретный дым. — Презерватив порвался."

"От моего белья и даже чулков ничего не осталось. Блузку и коротенькую юбку приходится надевать на голое тело. Поднимаю со стола браслет, чувствую тяжесть своих оков. Браслет защелкивается на запястье так громко, что я вздрагиваю. Добро пожаловать обратно в свою жизнь, Зайнаб.

— Всё в порядке, — говорю я в его напряженную спину. — Я слышала, что девственницы не беременеют. И я здорова…

Пью кофе. Он такой же холодный, как моя жизнь. Такой же приторно-сладкий. Я пью его, чтобы оттянуть наше расставание, но обидно, что вкус кофе изгнал из моего рта вкус самого Руслана.

— Я пойду, — говорю я, понимая, что оставаться здесь уже нет никаких причин.

— Поздно. Я отвезу.

И отвёз — в этом весь Руслан. Разве можно позволить Зайцу бродить одному в темноте… Всю дорогу мы молчали. Я думала о том, что это первая и последняя наша ночь. Что завтра мне замуж.