Неподчинение

— Зайцы, если им нечего терять, бывают удивительно смелыми, — отвечаю я.

Расстегиваю верхнюю пуговицу. Маникюр свежий, ногти длинные, нежно-розовые, красиво, но мелкие жемчужные пуговки выскальзывают, отказываясь подчиняться. Или просто руки от страха трясутся? Как бы то ни было, блузка расстегнута, опуская взгляд, вижу вызывающее чёрное кружево бюстгальтера, плоский живот… Скидываю блузку, пьянея от собственной смелости.

— Зайнаб.

Я никогда не любила своё имя. Нелепое, словно обрубленное, старинное. Но он произносит его так, что по коже мурашки. Впервые в жизни, наверное, называет так, а не Зайцем. И я чувствую себя удивительно сильной. А Руслан, такой огромный, пугающий своей мощью, припечатывающий взглядом тёмных глаз, слаб передо мной. Потому что я знаю его слабое место. Это я. Он хочет меня, и я не позволю ему себя прогнать.

Он шагает вперёд ко мне так резко, что я отшатываюсь назад, теряя равновесие. Хватает меня за руку, больно стискивая. Не могу смотреть в его лицо, закрываю глаза.

— Думаешь, все тебе можно? — вкрадчиво спрашивает он. — Вообразила себя несчастной, заточенной в башне принцессой, которую нужно спасать? Ты жизни не видела, Заяц. Ничего ты не знаешь.

— Ты меня боишься, — вдруг понимаю я. — Страшный серый волк боится маленького трусливого зайчишку.

Это открытие пьянит. Наполняет силой. Я кажусь себе всемогущей, смеюсь, запрокидывая голову. Думаю, что никогда бы не вела себя так со своим женихом. Он не из тех, перед кем можно запрокидывать беззащитную обнаженную шею… Руслан встряхивает меня, несильно, заставляя посмотреть на себя. Я глаза распахиваю и лечу куда-то в бездну, а он вслед за мной.

Хватка на запястье слабеет, я рукой касаюсь его щеки. Колко, густая темная щетина под пальцами, провожу по ней, очерчивая суровую линию губ. Наверное, только сейчас впервые замечаю, какие они — прямые, твердые, упрямо сжатые.

Руслан выдыхает шумно, обжигая руку своим дыханием, а потом прикусывает мои пальцы, — осторожно, но чувствительно. И от этого простого движения все внутри опаляет жаром, внизу живота тянет истомой, и мне становится так постыдно-хорошо.

Я уже не уйду отсюда просто так. Я унесу с собой не трофеи. Унесу в памяти его касания. Его хриплое горячее дыхание. Оставлю ему взамен свою душу."

"— Этого ты хотела? — спрашивает он зло. Наверное, он ненавидит меня сейчас, только имеет ли это значение?

— Тебя, — отвечаю я. — Я просто хотела тебя.

Шакировы всегда получают то, чего хотят, ему ли не знать. Только мечталось мне о счастье до гробовой доски. Но — нельзя быть жадной. Нужно брать то, что судьба готова отдать. Поэтому обхватываю его шею руками, обвиваюсь своим тонким телом вокруг него, не выпущу его… До утра. Глупый храбрый заяц.

— Твой будущий муж… — говорит Руслан.