(Не)пара

Он дурак? Когда мы ладили? Когда он мне руку чуть не доломал?

— Бесит меня ваш Антон, — чего он вообще от меня хочет?

Алкоголь во мне не даёт нормальной жизни, и идиотские мысли лезут наружу. Прикосновения пальцев к моей руке разжигают странный огонь, и я закрываю глаза, тут же теряя равновесие.

Поднимаю веки, почувствовав опору, и понимаю, что сижу на коленях Артема. Причём в довольно интересной позе. Не растерялся, козел, пока я пыталась не рухнуть. Его руки сразу же оказываются на моих бедрах, но не убираю, ладони теплые, пусть греет меня.

— Мне казалось, вы достаточно тесно общались, — вздёргивает бровь и поглаживает бедра большими пальцами. Чувствую мурашки, жалею, что не выпила лишний бокал вина, чтобы стать совсем пофигисткой. Хотя… Не жалею.

— Общались, — киваю. — Я вообще его самым нормальным из вас считала, пока он мне под юбку не полез.

— Чего? — Савельев напрягается и поднимает корпус, но я кладу ему ладошку на грудь и опускаю обратно.

— Тш-ш, все нормально. Колосов с Неженкой там были, так что повезло мне.

— И когда это было?

— Да в клубе в субботу. Егор оттащил его от меня, даже извиниться заставил, — пожимаю плечами и укладываюсь на грудь Тёмы, подперев подбородок кулаками. Смотрю на него снизу, а он хитрый такой, щурится, улыбается отчего-то.

— Я вас видел, думал, ты не против была…

— Я совсем идиотка, по-твоему? — начинаю злиться, но Тёма прижимает меня крепче, и злость медленно уходит. — Как ты вообще такое подумать мог?

— Не знаю, — пожимает плечами, тихо шепча. От его шёпота мурашки толпами несутся по ногам и сердцу, и я ерзаю на его бедрах, понимая, что мы зашли слишком далеко.

Он смотрит пристально, даже немного страшно, и я чувствую, как стены ломаются. С треском, с грохотом.

— Слушай, Савельев, мне не очень нравится, куда это все идёт, — сижу, прижатая к Артёму, и стараюсь не дышать, потому что запах его одеколона какой-то уж слишком приятный. Он наклоняется ко мне, потому что даже в таком положении все равно остаётся прилично выше.

Когда это с нами случилось? Ещё вчера я ненавидела его, а сейчас… А сейчас он так же бесит, но хочу его, кажется, немного сильнее. Не стоило идти к нему, вообще не стоило. Поперлась на эмоциях, а в итоге…

А в итоге сижу, прижатая к Артёму, да.

— Слушай, — усмехается Савельев, — я же вижу, что мы оба этого хотим. Что нам мешает? Не дети уже.

Не дети, конечно, да и не мешает ничего особо… Не знаю, что меня останавливает. Возможно, его отношение к девушкам. Не ко мне, а в целом. Перспектива уйти на утро и знать, что вечером у него уже будет другая, мне не очень нравится.

Но Господи… От его близости я уже с трудом соображаю. Кажется, что все сны с его участием грозятся сбыться именно сейчас. Сумасшествие.