(не)отец моего ребенка

Ритм жизни в нем такой бешеный, что я не успеваю думать ни о Карине, ни о своём бесплодии. Там я хочу начать свою новую жизнь, забыться, измениться. Но, учитывая последние события, дурные мысли снова лезут в голову. В основном о том, что в скором времени я смогу заполучить Карину и детей.

В этот раз я не мог дождаться, когда наконец-то вернусь домой, не только из-за желания узнать, последовал ли брат моему «совету», но и потому, что мне не давали покоя мысли о беременной Вике. Я боялся, что эта глупая малолетка снова что-то да натворит. И почти не ошибся.

— Она, конечно, совсем еще молоденькая, но я рада за тебя, Игорь, — врывается в мои мысли голос матери, и я искренне жалею, что поддался непонятному порыву и привез девушку к нам в дом.

На самом деле я просто хотел выбить всю дурь из ее головы, заставить увидеть реальность происходящего, помочь закончить витать в облаках, сделать то, что когда-то никто не сделал для меня, но, похоже, я перестарался.

— Пойду поищу Вику, — извиняюсь я и встаю из-за стола. Она не нужна мне больше для шантажа, главную роль она уже успела сыграть две недели назад. Теперь осталось лишь сильнее надавить на брата, и пусть делает, что хочет, — возвращается к Вике либо живет в гордом одиночестве, обижаясь на меня.

Сразу же поднимаюсь в свою комнату и с удивлением обнаруживаю, что она пуста.

— Вика, ты здесь? — стучусь в ванную комнату, но и там ее нет. Я обхожу весь второй этаж в надежде, что девушка перепутала двери, возвращаюсь в кухню, гостиную, и мне становится не по себе. Она ведь на эмоциях могла сделать все что угодно. Выбегаю на улицу, оглядываюсь по сторонам и начинаю по-настоящему волноваться за девушку: ну не решила же она прогуляться посреди ночи до города, правда?

Я иду к воротам, всматриваюсь вдаль. Фонари хорошо освещают дорогу, но и в нескольких сотнях метров никого не видно.

Сколько прошло времени с тех пор, как она исчезла из моего поля зрения? Минут двадцать-тридцать? Как далеко она могла уйти? Километр? Два? А если ее кто-то подобрал? Вот же ж гадство. Тревога накатила снежным комом. Я забыл и о празднике, и о ревности, и о том, как Карина и Юра все никак не могли оторваться друг от друга и лизались при каждой возможности, вызывая во мне вспышку гнева.

Под удивленным взглядом отца я прошу у него ключи от машины, сажусь за руль и срываюсь с места, направляясь в сторону города. Внимательно всматриваюсь в темноту на обочинах дороги, боясь пропустить Вику, а когда оказываюсь в тридцати километрах от поселка и понимаю, что так далеко она точно не смогла бы уйти, то возвращаюсь назад и проезжаю еще несколько кругов вдоль улиц.

Бессчетное количество раз набираю ее номер, но каждый раз телефон находится вне зоны доступа. Вот теперь мне действительно стало страшно.