Неоконченный портрет

Да и любила ли она его? Когда она уезжала из Лондона, сомнений у нее не было, но теперь ее уверенности поубавилось. А может, она и не знает, что такое любовь?

С безжалостной откровенностью Эшли призналась, что ее страстное влечение (или физическая тяга, как ни назови) к Лоренсу гораздо сильнее чувства, которое она испытывала к Роберту. Если это не любовь, то опасно близкое к ней состояние.

И что ей делать? Остаться здесь и дать возможность Марджи и Роберту обрести супружеское счастье, а ей самой — овладеть своими чувствами? Если она останется, то скорее всего попадет из огня в полымя, то есть в лапы к Лоренсу О'Мэлли. Это было бы пределом глупости.

Пожалуй, чтобы уберечь себя, надо перейти в наступление — ей ведь необходимо еще выполнить этот тройной заказ. Прежде всего нужно избегать неожиданных, застающих ее врасплох встреч. Эта надоедливая Кэтрин толчется здесь очень кстати. С нее довольно!

Чарли женится… И когда он перестанет чудить? Эшли вздохнула, перестала думать об отце и принялась за утренний туалет. Она не должна думать и о Лоренсе, убеждала она себя, стоя под теплыми струями душа. С этого дня для нее существует только ее работа. Пусть у Чарли будет хоть одной вздорной бабенкой меньше.

На вечеринку Эшли не поехала и не стала выяснять, кто на ней будет, а устроила себе на день отгул и отправилась на машине в Таллоу. Там она побродила по антикварным магазинам и барахолкам, но купить себе ничего не позволила — нужно ведь обеспечить Чарли медовый месяц, а то еще придется финансировать его и дальше. Чтобы немножко потешить себя, она в конце концов решилась купить ярко-оранжевую соломенную шляпку, а к ней огромный букет блестящих искусственных цветов, чтобы приколоть на поля. А на обратном пути заглянула в ресторанчик и заказала бифштекс, омара и полбутылки каберне.

Следующие несколько дней прошли в изнурительных трудах над портретом Денни. Теперь Эшли писала уже в студии, выматывая свои силы и терпение ребенка долгими часами работы в помещении. Ела она от случая к случаю, стараясь как можно меньше сталкиваться с Кэтрин и Лоренсом. Зила держала ее в курсе всех домашних дел.

— Теперь ее светлость все свое время проводит в Арклоу, на побережье. Она слыхала, что там обретается кинозвезда, вышедшая за какого-то бесподобного красавца-режиссера. Как же ее звать? Ну, такая рыжая красотка, что до того была замужем за каким-то лордом, а сама бегала за этим режиссером."

"В мире развлечений Эшли разбиралась еще меньше Зилы, поэтому они перешли на другую тему.

— Сегодня мы даем обед на двенадцать персон. И все на мне одной, если сама не подыщу себе помощников! Но она-то об этом не думает, уж где там.

Она — это, разумеется, Кэтрин. Эшли уже давно сообразила, что две женщины не ладят.