Неоконченный романс

Если ты помнишь, кто-то из гляциологов на Памире нам рассказывал, если лавина рождается на крутом безлесном склоне, то она способна развить скорость реактивного самолета, поэтому они даже не успели ничего сообразить. Вспомни, лавина, как пылесос, всасывает в себя снег, окружающий воздух, даже камни и мелкие деревья. — Лена перевела дух. — Пусть даже на мгновение люди оказались в вакууме, и их легкие не выдержали. Думаю, со временем воздух постепенно проникал сюда через различные трещины, но, если бы не отверстие в потолке, мы вполне могли бы погибнуть от удушья Внизу недостаток воздуха чувствуется сильнее, я чуть не потеряла сознание от тамошних ароматов и созерцания трупов. Не дай боже такому во сне присниться! — Лена вздрогнула. — Как я там навечно рядом с ними не осталась?

— Теперь я могу понять, почему их весной не нашли. Очевидно, одновременно с ударом лавины о землю, а ты знаешь, это равносильно взрыву парочки приличных бомб, обрушился карниз и надежно скрыл караван от глаз людских на долгие сорок лет.

— А ведь Абсолют каким-то образом узнал, что караван погиб в этих местах. Ведь, если судить по карте, мы вышли к Мраморному озеру, а пик с триангуляционным пунктом как раз напротив…

Максим Максимович посмотрел вверх:

— Пора тебе, дочура, выбираться, того гляди, стемнеет, а тебе еще надо попытаться перейти на ту сторону.

Но Лена, прежде чем уйти, наложила отцу нечто наподобие шины из найденных лыж, поднялась наверх и спустилась вниз снова с отцовским автоматом, теплой курткой и видеокамерой. Оставила ему большую часть продуктов, потом вытащила полотенце, подала его отцу, неловко улыбнулась:

— Ты, папка, постарайся, пожалуйста, народные способы лечения использовать, чтобы опухоль спала.

— Насчет этого не беспокойся, но представляешь, как я буду благоухать через пару дней, почище того парня, которого Рогдай потрепал.

— Пожелай: нам удачи, я постараюсь изо всех сил привести скорее помощь.

— Не забывай, что и Алеша надеется на нас.

— Я и не забыла, — тихо ответила дочь и по скальным уступам стала карабкаться наверх.

Свет постепенно приближался: под руками появилась липкая грязь, слизь, и наконец она различила над собой посеревшее вечернее небо с белым облаком посередине в окантовке рваного зева колодца. Еще одно усилие, другое — и она высунула голову наружу.

Ярко, до боли в глазах, светилось слегка потускневшее, с первыми робкими проблесками звезд небо.

Ухватившись за бревно, Лена подтянулась, выбралась на край колодца. Видок, конечно, у нее был далеко не презентабельный. Брюки и куртка в глине, руки в ссадинах. Но времени даже на элементарное умывание уже не оставалось. Она напоследок еще раз попрощалась с отцом, он что-то весело прокричал ей в ответ.