Ненавижу. Скучаю. Люблю

Она медленно отдалялась, уверенно стуча каблучками. И нет, она не уходила из зала, не уходила от шумной музыки, она уходила от него — Антона.

Странное ощущение пронзило острой стрелой легкие Левакова. Будто это был последний танец. Будто Снегирева попрощалась с ним навсегда. И от этого чувства ему сделалось дурно.

Я не могла уснуть. Закрывала глаза, а в мыслях наш танец. Это было безумие, на которое я почему-то слишком легко согласилась. Наверное, не нужно было идти с ним, наверное, надо было вырвать руку. Но все мое нутро хотело, противилось сопротивлениям. И лишь мозг в одиночестве боролся с сердцем.

Антон еще так смотрел, словно я ему по-настоящему нравлюсь. Нет, может он умело притворяется, может все это фикция, конечно. Но почему-то мне показалось, что в этот момент, под звуки лирической музыки, он был самим собой. Искреннем. По крайне мере, хотелось бы в это верить.

От бессонницы меня спасла группа в вк. Я зачиталась обращениями разных людей, поиском советов. Один пост особенно привлек мое внимание. Аноним писал, что влюбился и не заметил, как парень ей воспользовался, высмеял. А она продолжает страдать. Хочет поехать к нему, спросить в лицо, но понимает, наверняка это глупо выглядит.

Я долго думала над сообщением, и все же решилась оставить комментарий. После легла спать, и уже утром заметила в личке ответ от неизвестного пользователя. Зашла в переписку и поняла — это автор того поста. Девушка. Судя по фотографиям очень симпатичная: короткие каштановые волосы, худенькая, с обаятельной улыбкой. Она напомнила мне кого-то, но кого, я так и не поняла.

Я перечитала несколько раз сообщение. Кто-то вот так запросто открылся незнакомому человеку и был готов принять его помощь. Наверное, ситуация в самом деле отчаянная. Минут пять спустя я все же согласилась, а уже в обед ехала к станции ЖД, где мы договорились встретиться с девушкой. Как оказалось ее звали Надя, она училась в выпускном классе и страдала от неразделенной любви.

В живую Надежда выглядела еще более симпатичной: в черной кожаной юбке, лаковых туфельках на танкетке, облегающей белой майке и кожанке поверх. Волосы ее аккуратно лежали на худеньких плечах, а алые губы переливались от блеска и солнечных лучей. Красивая. Без доли преувеличения, она мне очень понравилась.

— Ну, рассказывай, — улыбнулась я, когда мы встретились в сквере напротив ЖД. Людей почти не было, зато голуби окружили статую Ленина и активно вышагивали вокруг в поисках пищи.

— Да нечего особо рассказывать, — вздохнула она. — Я влюблена в него с девятого класса. Но как-то никогда не демонстрировала своих чувств, а тут на дискотеке он подошел, пригласил. Был таким обходительным. Мы переспали.

— А? — больно резко отреагировала я. Потом смутилась, облизнула губы и добавила.