Ненавижу. Скучаю. Люблю

— Пойду я, — намекнул Леваков. Снегирева тут же подскочила, улыбнулась и, наконец, отчеканила.

— Хорошего дня, Антон!

Мысленно Леваков выдохнул. Вроде глупость банальная, но без нее как-то и уходить не получалось. Попрощавшись, Юля двинулась в сторону другого корпуса, а он к себе на факультет.

На первой паре к Антону прицепился преподаватель. Задавал очевидные вопросы, которые были еще в прошлом году, да только разве вспомнишь материал прошлых лет. Сессию сдал и благополучно забыл. Многие студенты живут от зачета до зачета. Пожалуй, Леваков не был исключением.

После еще навязчивая Маринка закидала стикерами и отец позвонил, отчитывал за штраф, который пришел им на почту. Антон неделей ранее проехался на красный, превысил скорость, и получил привет от местных органов. И вроде ерунда какая, пару тысяч, заплати и живи дальше. Но нет же, отец решил заняться нравоучениями.

Пиком стал Сашка Фомин, который несся на всех порах со стаканом айс-латте. Они с парнями только зашли в столовую, все уселись, а Антон отодвигал стул. Фомин вывернул и влетел в друга. Холодный напиток в момент оказался на белоснежной майке.

— Твою налево… — буркнул раздраженно Леваков, разглядывая озорной узор на груди. Он уже хотел выругаться, как откуда-то взялась Снегирева. В руках у нее тоже был стакан, и, судя по испаринам на нем, содержимое внутри имело низкий градус.

— Это тебе, — протянула она с улыбкой, не замечая грязной майки. Антон стоял полубоком, и со стороны Юли, действительно, ничего не было видно. Однако настроение настолько накалилось, что сдерживаться уже не было сил. Он схватил пластмассовый стакан и со всей дури кинул его в ближайшую мусорную урну, благо та стояла возле соседнего столика у белой колонны. Снегирева от неожиданности подпрыгнула на месте, глаза ее расширились, ресницы взмахивали.

— У тебя, что совсем гордости нет? Вернись на землю, дура! Заядлые девственницы меня не интересуют. — Выплюнул со злостью Леваков. Тело покалывало, лихорадило. Секундная вспышка злости.

В столовой повисла давящая тишина. Казалось, все взгляды приковались к одному единственному столику. Казалось, все чего-то ждут, и только круглого ведра с попкорном не хватает для мяса и зрелищ.

Почти минуту Юля молчала. Словно надеялась получить извинения или что обычно получают в таких ситуациях? Она смотрела на Антона, грудь ее то и дело вздымалась, демонстрируя волнение. Однако Леваков не спешил с извинениями. Тут и друзья подоспели, засмеялись, подкинули гадких пошлых шуток. По залу пронеслась волна перешептываний, смешков.

Это был первый раз, когда Антон настолько открыто опустил Снегиреву. До этого он вел себя довольно корректно, предпочитая грубости сухие ответы или игнор.