Ненавижу. Скучаю. Люблю

Мы вместе с Ладой старались максимально учтиво относиться к ним, обслуживать на уровне, но с такими клиентами это не просто. Чего только стоило их обращение:

— Ласточка, принеси еще водочки.

— Ух, какие у тебя губки, а попка. За такие прелести полагается вознаграждение.

— Давай, чего встала, тащи Цезарь!

И все в таком духе. Я то и дело поглядывала на часы, в надежде, что рабочее время закончится, мужчин попросят на выход, и мы выдохнем. Но время, словно чувствовало, и тянулось жвачкой — нереально долго. А потом, когда я принесла очередную дозу алкоголя, чьи-то толстые пальцы шлепнули меня по бедру.

— Что вы себе позволяете! — вспыхнула я. Господи, у этого человека, судя по кольцу, еще и жена есть.

— Что надо, то и позволяем, — засмеялся товарищ с пузом, демонстрируя золотую коронку, мерзко улыбаясь.

— Прошу вас, соблюдайте субординацию, — произнесла, еле сдерживаясь. Опустила голову, сжимая в руках поднос. От прикосновения этого мужчины мне вдруг показалось, что я покрылась липкой слизью с головы до ног. Хотелось облить себя водой, смыть это отвратительное чувство. Раньше подобных выходок в баре не наблюдалось.

— Надо будет, и на колени встанешь. Что? Бабки не нужны?

— Юль, — ко мне подбежала Лада, схватила за локоть, шепнув на ухо, — иди, давай, я здесь сама. — И я развернулась, даже дошла до бара, как услышала очередной хлопок, теперь досталось и Ладе.

— Женщины только для этих целей и годятся, — веселился клиент. Мужчины его поддержали. Мне хотелось взять с бара ведро, полное льда, и вылить содержимое им между ног, доходчиво донести, что женщина — тоже человек. Однако я прекрасно понимала, кто эти люди и чем может обернуться моя выходка. Поэтому положила поднос на столик, зашла в коридорчик, который вел в комнату для персонала, сняла фартук и направилась в комнату к шефу. В конце концов, это его детище, и именно он не должен допускать подобного отношения к своим сотрудникам.

Постучав в дверь, я повернула ручку и уверенным шагом вошла в маленькую комнатушку, где кроме стола и кожаного кресла еще стояли четыре монитора, передавая на экран записи камер видеонаблюдения.

— Вячеслав Ильич, — произнесла откашлявшись.

— В чем дело? — мужчина поднял голову, лениво переводя взгляд с мониторов на меня.

— Я очень прошу вас, как-то донести до наших гостей, что официантка — не девушка по вызову. И нас нельзя бить по… попе. Это… это ненормально!

— Да, ты права, — кивнул он, и я моментально выдохнула, ощутив поддержку. Даже улыбнулась, хоть видимо преждевременно.

— Это ненормально, но это сфера услуг. Ты должна была понимать куда идешь.

— Что, простите? — мне показалось, ослышалась. Пульс начал учащаться, а мышцы в икрах дергаться.

— Юля, — перешел на шепот директор. — Эти люди не просто мужики с улицы.