Ненавижу любить тебя

Мне хотелось есть, и кофе тоже хотелось, тем более что пах он потрясающе. Но… Отец снял для меня двухместный номер в хорошей гостинице, тогда как все остальные ребята ночевали в хостеле неподалёку. Так зачем мне нужен был Кир с его дурацким кофе и забегаловка с сырниками? Я могла заказать в номер горячий шоколад и кекс от шеф-повара. А Кирилл…

– Я была девчонкой, – призналась нехотя. – Может, не стоит это вспоминать?

– Может, и не стоит. – Он показал на чай. – Пей. Или скажешь, что чай тоже поганый?

– Я была девчонкой, Кирилл, – повторила ещё раз. – У меня были планы. Я в Гарвард собиралась поступать. А всё это…

– И где теперь твой Гарвард?

Я промолчала. Опустила голову, посмотрела на руки и опять на Кира.

– Зачем я тебе? – спросила тихо. – Чтобы тыкать носом в то, что было? Или в то, чего так и не случилось? Зачем, Сафронов? Отомстил – хорошо. Мы квиты. Давай разойдёмся на этом и дело с концом.

– Разойдёмся? – Он смотрел с пренебрежением. Развалившись на диване, пил чай. Махнул рукой официантке и опять посмотрел на меня. – Не поздно расходиться? У нас с тобой, как-никак, отягчающие обстоятельства.

– Ребёнка я на тебя не повешу, не переживай.

– А ты считаешь, я переживаю?

Ответить я не смогла – к нам подошла официантка. Кирилл сделал заказ. Два куска горячего яблочного пирога с пряностями, горячее и бутылка красного австралийского вина. Меню он больше не открывал и не спрашивал про цены. А я сидела, не делая никаких замечаний, и ждала, пока официантка уйдёт.

Но когда мы остались одни, Кирилл словно забыл про разговор «до».

– Так зачем тебе я, Кир? – спросила, поняв, что иначе к разговору мы не вернёмся. – Почему нам просто не разойтись? Тем более если ребёнок для тебя значения не имеет.

– Потому что у меня свои резоны.

– Так всё-таки тебе нужно, чтобы я сыграла роль невесты?

– По-моему, мы это уже выяснили.

И опять неприятно кольнуло изнутри. Я погладила пальцами край салфетки, поглубже вдохнула, заставляя себя успокоиться.

– Хорошо, – сказала решительно.

Кирилл оторвался от телефона.

– Я буду тебе самой лучшей невестой, но ты простишь моему отцу долг.

Поднялась и, обойдя стол, присела на подлокотник дивана напротив. Склонилась к Кириллу, дотронулась до его живота. Он сжал мою кисть. Я улыбнулась и, соскользнув с подлокотника, села рядом так, что наши бёдра соприкоснулись.

– Хитрая какая.

– Считай это платой.

Кирилл некоторое время молчал. Моя кисть всё ещё была в его руке, я чувствовала его близость и пыталась не дать волнению овладеть собой. Зеленовато-серая радужка его глаз обрамляла чёрные зрачки, волосы небрежно падали на лоб и виски. Он стал взрослее и мужественнее. Хотя и раньше отказать в этом ему было нельзя. Дура! Господи, почему же я была такой дурой?!

– А у тебя хорошая хватка.