Ненавижу любить тебя

Как неприкаянная стояла под дверью, до конца не понимая, почему не могу взять и уйти, послав Сафронова куда подальше вместе с его выходками. Мимо сновали люди. Практически у всех на шеях висели аккредитации. Только сейчас я вспомнила, что и у меня она есть. Но если у большинства была надпись «организатор» или «пресса», то у меня – «артист». Должно быть, именно поэтому меня беспрепятственно пропустили к гримёркам. На что ещё способен Сафронов? Помимо меня здесь не было никого из сидевших рядом на трибуне.

Рядом остановилась девушка.

– Вы Кирилла ждёте?

Я осмотрела её. Ещё одна! Да сколько их таких?

– Да, – ответила с непонятным раздражением.

Блондинка встала по другую сторону от двери. Какое-то время она молча смотрела на меня, я, в свою очередь, – на неё. Раздражение становилось сильнее, но, когда я уже готова была поинтересоваться, что она тут забыла, из гримёрки появился Кир. Она тотчас же бросилась к нему.

– Кирилл, сколько можно?

– Верка… – Он поймал её. Обнял.

Я едва не поперхнулась. Блондинка что-то говорила, но я не могла разобрать, что именно.

– Ты обязан… – только и донеслось до меня. – Причём это должен быть эксклюзив.

– Вот так и обязан?

– Так и обязан, – подтвердила она самоуверенно.

Роста в ней было немногим больше полутора метров. На фоне Кира выглядела она мелкой, и сперва я подумала, что это кто-то из фигуристов. Но судя по диалогу, девушка оказалась журналистом.

Кирилл всё же соизволил повернуться ко мне. Надо же.

– Это Карина, – представил пытливо рассматривающей девице. – Моя невеста. А это Вера. Один из лучших спортивных журналистов.

– Очень приятно.

Я старалась быть вежливой. Искренне старалась. Но вышло так себе.

– Что-то не так, Кари?

Я бы сказала ему, что не так, только боялась, если начну, уже не остановлюсь.

Кирилл, должно быть, всё понял.

– Я позвоню тебе на днях, Вер.

– Завтра, – весьма убедительно возразила она. – Завтра, Кир, и ни днём позже.

– Договорились.

Пока они перекидывались короткими и вроде бы совершенно безобидными фразами, я гадала, было ли у них что-то или нет. И какая мне разница?! Да было и было! Но нет, сколько ни одёргивала себя, мысли так и лезли. Отрезвляли только шипы на стебле розы.

Девица всё же свалила. Кир взял меня за локоть и, чуть прищурив глаза, повернул к себе.

– И что это значит? – спросил вкрадчиво.

– Что это?

– Ты поняла, что. Злишься? – Он изогнул губы. – Или ревнуешь?

Я фыркнула. Отдёрнула руку.

– Просто надоело торчать под дверью. Я устала и замёрзла. На этом дурацком стадионе дико неудобные сиденья и…

Осеклась. Кирилл откровенно усмехался. Да пошёл он!

Развернувшись на каблуках, я быстро зашагала в сторону выхода. Позади послышались шаги.