Я ненавижу тебя! 3 и 4 книги

"

"Лина и так-то плохо соображала от усталости, но после этого поцелуя, полностью лишающего ее воздуха, мозг совсем поплыл, и она даже не заметила, как оказалась в машине с незнакомыми людьми и Германом, а машина куда-то поехала.

Лина с удивлением хлопала глазами, пытаясь понять, как ей теперь выбраться из машины, и как это она умудрилась забыть, о его обещании заехать за ней вечером. Герман разговаривал с кем-то по телефону, и совершенно не обращая на нее внимания. Он был такой серьезный и занятой, что Лина никак не могла заставить себя потревожить его. И теперь сидела зажатая с двух сторон, между Германом и каким-то незнакомым мускулистым мужчиной, который смотрел в окно и тоже делал вид, что рядом с ним не девушка, а пустое место.

На самом деле, учитывая то, в какую машину ее посадили, и как были одеты мужчины по сравнению с Линой, она как раз себя и ощущала пустым местом. Ее дешевая голубая курточка, которую она носила уже который год, и купила когда-то на распродаже и потертые от старости джинсы и такие же старые еле живые полуботинки, которые она уже чинила и подшивала у сапожника раз семь или восемь точно, создавали полнейшую дисгармонию всей окружающей ее обстановке.

Когда они ходили с Германом в кино, он был одет совсем иначе, почти, как она, и приехал на простой поддержанной машине. А сейчас Лина находилась в американском Хамере. До сидений этой машины дотронуться руками было страшно, чтобы не оставить жирных пятен. А вокруг нее сидели представительные мужчины в строгих и явно не дешевых костюмах.

«Найди лишний предмет», – с грустью подумала Лина.

Как же сильно ей хотелось сейчас домой, но у нее почему-то было стойкое ощущение, что Герман везет ее опять в тот особняк господина Лисовского.

Лина поежилась, вспоминая все то, что увидела и испытала там. Это место ей совершенно не нравилось.

Но как донести это до Германа сейчас, она не понимала, так как трубку он так и не положил, и все продолжал с кем-то обсуждать явно что-то важное. Точнее не обсуждать, а в основном слушать и коротко отвечать «Да» или «Нет». Затем он начал кому-то звонить сам и отдавать короткие приказы.

И Лине оставалось смириться с неизбежным.

Устраивать очередную истерику совершенно не было сил. Да и серьезный собранный вид угрюмых мужчин совершенно не располагал к действиям.

Она не ошиблась, машина действительно подъехала к воротам дома господина Лисовского, вот только возле ворот столпилось куча народу с какими-то транспарантами и, похоже, что еще и журналисты с телекамерами и микрофонами.

Лина с удивлением смотрела в окно, а когда заметила камеру, то инстинктивно спряталась за плечо Германа, рассматривающего толпу людей преградивших им путь.