Наложницы ненависти

Они еще хранили память о мягкости нежной кожи ведьмы, и Гюнтеру показалось, что он дотронулся до Вероники. До ее губы…

— Я чувствую, как твоя воля покоряет меня, — прошептала девушка. — Как крепнет твоя решимость.

— Ты хочешь познать власть.

— Познать меня. Ведь я в твоей власти, Гюнтер. Я — твоя власть.

— Ведьма! — Крепкая рука Шайне сдавила горло Вероники, но в золотых глазах пленницы не было места страху, только страсть. — Ведьма!

— Познай свою власть надо мной, мастер войны!

«Полицейский произвол в отношении крупного ученого! Администрация Третьяковской галереи подтвердила информацию о том, что сегодня ночью был арестован Давид Давидович Пьянтриковский, специалист с мировым именем, выдающийся знаток западноевропейских тростей и зонтиков XIX в. Подробности пока не оглашаются, но мы будем следить за развитием скандала вокруг знаменитого деятеля Российской культуры…»

«Пресс-служба Великого Дома Чудь опровергла появившиеся в Тайном Городе слухи о смещении Франца де Гира с поста капитана гвардии. Эти провокационные сообщения призваны поколебать единство Ордена, но они не достигнут своей цели…»

«Ненависть пылает пожаром, зарево которого наводит ужас на врага. Ненависть — это сила. Это откровенная сила, сметающая все на своем пути. Вот только не в каждой битве победу празднует сильнейший. Смысл философии Кадаф — в умении управлять пожаром ненависти. Не дать ему погаснуть в неблагоприятных обстоятельствах и стремительно раздуть в нужный момент. Благословен и проклят тот, чья ненависть пылает неугасимым пламенем. Но трижды благословен и проклят тот, чья ненависть побеждает!»

— Ты будешь присутствовать во время обряда? — негромко спросила Вероника.

Она закончила вычерчивать на полу причудливые символы и, бросив кисточку в чашу с багровой краской, вытирала руки. В углах небольшой комнаты курились благовония, а к одной из стен был прибит разорванный трупик жертвенного ястреба — именно его кровь стала основой для краски ведьмы.

— Я обязан присутствовать, — усмехнулся Гюнтер.

— Ты все еще не доверяешь мне? — В голосе девушки не было гнева, только легкая обида. — Разве я не доказала искренность своего желания сотрудничать с Орденом? Я отдаю вам самое ценное, что есть у Азаг-Тота, — его наложниц.

— Еще не отдала, — уточнил Шайне.

— Вы будете знать их после того, как я завершу обряд.

— Вот тогда мы и поверим в твою искренность.

Вероника поджала губы, затем улыбнулась:

— Хорошо. Давай табличку.

Гюнтер протянул один из двух бронзовых прямоугольников, найденных у ведьмы во время обыска.

Девушка разломила ампулу, осторожно смочила бесцветной жидкостью поверхность таблички и бережно поместила ее в центр начертанных правильным кругом символов.