Наложницы ненависти

— Когда вы сможете вывести его из комы?

— Еще день, может, два.

— Эрлийцы справились бы быстрее.

— Надеюсь, — громко спросил барон Мечеслав, — совет не планирует приостановить мобилизацию?

— Теперь в ней нет необходимости, — махнула рукой Милана.

Но королева, бросив быстрый взгляд на своего осторожного фаворита, покачала головой:

— Барон прав. Пока не истечет срок действия ультиматума, мы продолжим концентрировать войска в Зеленом Доме. А там посмотрим.

— Навы вложили все остатки своей энергии в Пирамиду! — Гюнтер победоносно взглянул на великого магистра. — Они испугались!

— Теперь в этом нет никаких сомнений, — добавил мастер предсказаний. — Темный Двор озабочен только обороной.

— Наблюдатели подтверждают, что в Пирамиду идет стандартный поток магической энергии, — снова взял слово Шайне. — Это не фикция.

— Темный Двор объявил, что временно приостанавливает подзарядку проданных через Торговую Гильдию артефактов. Говорят, шасы в ярости.

— Им тоже срезали энергетические квоты, — сообщил мастер предсказаний. — Из всех семей Великого Дома Навь прежний доступ к Источнику остался только у целителей эрлийцев.

— Это лучшее, что мы могли ожидать! — воскликнул Гюнтер.

— Да, — подтвердил Леонард и перевел взгляд на скромно стоящих в углу тронного зала гиперборейцев. — Я приказываю вам вызывать из Глубокого Бестиария обговоренное количество войск.

На этот раз жертвой стал чел. Точнее, три чела: Врата Нергала были мощным, почти стационарным порталом в Глубокий Бестиарий и требовали очень много энергии.

Вероника, одетая в белые доспехи Тасмит, медленно прошла мимо стоящих у стены приговоренных, упиваясь идущими от них волнами ужаса. Жалкие, ничтожные твари, давящиеся собственным страхом! Таким, как эти людишки, нет места на Земле. Их единственное предназначение — стать жертвой во имя священной ненависти Азаг-Тота.

— Ваше существование обрело смысл, — с издевкой произнесла ведьма, не глядя на несчастных. — Ваша кровь послужит воле Великого Господина — не каждому червю удается так возвыситься.

Она чуть улыбнулась, припомнив, что в аналогичной ситуации Ктулху пошутил так же, но тут же сосредоточилась, заняла место жреца и громко возвестила:

— Волей твоей, Великий Господин, я открою Врата Нергала!

«Агнцы», трое разновозрастных мужчин, тоскливо замычали. Их лица были туго стянуты кожаными намордниками, руки и ноги накрепко привязаны к торчащим из стены кольцам, и несчастным оставалась только эта жалкая форма протеста.

Вероника взяла в руки меч, поцеловала его и прочитала над широким, причудливой формы клинком заговор Приносящего Жертву. Блестящая сталь стала заметно холоднее.