Наложницы ненависти

«Только лишившись всего, можно обрести подлинную свободу! Только лишившись всего, можно получить все! Когда у тебя ничего нет, в сердце нет места ничему, кроме ненависти! А когда в сердце пылает ненависть, в нем нет места ничему больше! Ненависть побеждает страх!»

— Что ты знаешь о ненависти, солдафон? — Золотые глаза Яны презрительно вспыхнули. — Все, что ты можешь, это переминаться с ноги на ногу и бубнить зазубренные цитаты!

— Ненависть Великого Господина пылает во мне! — рявкнул Элигор.

Гипербореец пришел в камеру девушки по приказу Вероники. Ведьма велела проверить состояние Яны после перерождения, и Элигор с грустью убедился в том, что подозрения Вероники не были беспочвенны: новообращенная наложница пребывала в крайней степени раздражения.

— И что из того, что она пылает?! — Яна резко расхохоталась. — И что?!! Твоя проклятая ненависть лишила меня всего! ВСЕГО!! Ты можешь представить это себе, урод?!

«Кортес! Кортес! Где ты?!»

Даже очнувшись от забытья, девушка некоторое время пребывала в полубреду-полудреме. В сдавленную тисками боли голову лезли воспоминания о могущественных арканах и сложнейших обрядах, воспоминания о войнах и оргиях. Чужие воспоминания. Такие родные, такие знакомые воспоминания… Яна чувствовала колоссальную силу и чувствовала, что эта сила пытается сжечь ее саму. Сжечь то, что дорого, то, что составляло ее суть. Сжечь то, что Яна не могла и не хотела отдать.

Боролась с болью и воспоминаниями. Боролась с ударами силы и одновременно училась управлять ею.

«Кортес, не бросай меня!»

«Зачем ты ему? Ведьма…»

— У меня нет ничего, кроме…

— Это я уже слышала!

— У меня тоже была жизнь…

— Вот и жил бы дальше! — Яна яростно подскочила к стоящему в центре камеры гиперборейцу. — Я не знаю, почему ты сделал свой выбор. Не знаю и не хочу знать!! У меня такого выбора не было!!! Меня просто вырвали из жизни!

— Ты была избрана, чтобы стать перерожденной…

— Я неплохо себя чувствовала, будучи обыкновенным челом!

— Свободным и независимым!

— Ты обрела власть и могущество!

— Мне противно даже думать, что наша кровь соединена великим проклятием!

Краснокожий воин выдержал небольшую паузу и улыбнулся:

— Хорошо сказано, Лазь. Ты обретаешь понимание учения Азаг-Тота.

Девушка тонко выдохнула и без сил опустилась прямо на пол, прижавшись спиной к холодному камню стены.

— Меня зовут Яна. Запомни это, урод.

— А меня зовут Элигор.

— Это твои проблемы.

Воин снова помолчал, затем тоже сел на пол, поджав под себя длинные ноги и, не глядя на девушку, произнес:

— Ты можешь ненавидеть меня, ты можешь презирать меня, ты можешь убить меня. Ты наложница Азаг-Тота. Избранная. Пожар твоей ненависти освящен Великим Господином. Пойми только одно: так сделал не я. И не Тасмит.