Империя ненависти

Дэниел: Трое детей и подумываете о четвертом? Как тебе удается менять подгузники, Жучок?

Астрид: Не могу поверить, что ты стал таким циничным, Жук.

Всегда был таким. Просто раньше пытался скрыть это очаровательным фасадом.

Дэниел: Я реалист.

Астрид: Как насчет детей?

Дэниел: Ты ошиблась номером. Не интересно.

Астрид: Черт бы тебя побрал. Я имею в виду, кто унаследует твое состояние? Для кого ты зарабатываешь все эти деньги?

Дэниел: Миллион и одна кошачья организация. Я бы отдал их твоим детям, но у них фамилия Кинг, и они богаче меня с тех пор, как стали гребаными малышами, так что я двигаюсь дальше.

Астрид: Не могу поверить, что ты выбираешь кошек вместо того, чтобы действительно стать отцом детей.

Дэниел: У всех разные приоритеты. У меня: не менять подгузники.

Но даже когда я пишу это, то вспоминаю, как Аспен впервые рассказала мне о деле об опеке над Николь.

По какой-то нелогичной причине я надеялся — нет, я желал, — чтобы Николь воспитывала нашего ребенка. В конце концов, в тот раз я не использовал презерватив.

Неважно, что математика не сходилась, и что если бы она действительно была беременна, то беременность проявилась бы во время нашего выпускного года.

Не имело значения, что в моей голове она изменила мне с этим ублюдком.

В тот момент я хотел, чтобы Джейден был моим и ее. Связующим звеном, которое соединило бы нас на долгие годы.

Это разбилось вдребезги, когда я увидел официальные документы, но я все равно задал ей этот вопрос.

Это того стоило, если не ради чего-то другого, то ради того, чтобы увидеть удивленное выражение на ее лице.

Мы с Астрид переписываемся полчаса, а потом она игнорирует меня, когда Леви приходит домой.

Или он, вероятно, отвлекает ее.

Я сбился со счета, сколько раз он целует ее с открытым ртом, пока мы разговариваем по видеосвязи, просто чтобы заставить меня закончить разговор. Я пытаюсь показать ему средний палец, продолжая смотреть, но, видимо, слышать стоны Астрид это мой предел.

Это то же самое, что представлять, как моя мать занимается сексом.

А теперь мне нужен отбеливатель для мозга.

Я встаю и иду за кофе, полностью намереваясь игнорировать присутствие Николь.

Но как только я переступаю порог гостиной, я замираю.

Потому что они спят. Все трое.

Джейден держит пульт, пока по телевизору идет Гадкий Я. Ничего удивительного.

Лолли свернулась калачиком у него под боком, а голова Николь лежит на диване рядом с ними, а сама она в сидячем положении, бумаги и планшет уютно устроились у нее на коленях.

Мне следовало бы разбудить их и отправить домой, но умиротворенность всей этой картины заставляет меня оставаться на месте.

Впервые… за все время я вижу Николь врасплох. Выглядит почти нежной.

И мой член твердеет на фоне штанов.

Блядь.