Извращённая ненависть

“Мы можем отменить это”.

Я нахмурился. Я ненавидел его обратную психологию, но я всегда влюблялся в нее. “Я очень верю в свой атлетизм, настольный жокей”. Я протянул руку. “Это сделка”.

Алекс тихо рассмеялся, невозмутимый оскорблением жокея. Он сделал кучу дерьма, сидя за своим столом, так что, думаю, я бы тоже не беспокоился, если бы был им.

Он пожал мне руку с соревновательным блеском в глазах. “Сделка”.

И вот так мы ушли.

Мы оба были профессионалами в катании на лыжах, поэтому нам не потребовалось много времени, прежде чем мы полетели вниз по склону.

Мы не должны были кататься на такой сложной трассе на такой высокой скорости, но ни одному из нас никогда не было дела до таких правил.

Мой стресс от работы, мое напряжение с Алексом, моя тревожная новая привязанность к Джулс....все они растаяли, когда я вошел в свою стихию.

Адреналин закачался в моих венах, подпитываемый ветром, хлещущим по моему лицу, и холодным воздухом, проникающим в мои легкие. Мое сердце было диким животным без клетки, мои чувства отточили лезвия, которые улавливали каждую деталь окружающего меня мира — брызги снега, свист ветра и тихий рев моего сердца, каждый удар и гребень, когда я сорвал свой первый тройной черный бриллиант.

Фигура в черном просвистела мимо меня.

Алекс.

Мое лицо расплылось в улыбке, когда моя конкурентоспособность поднялась еще на одну ступеньку. Я нажал на кончик своей внешней лыжи и пронесся мимо него.

Мне показалось, что я услышала смех Алекса позади себя, но ветер унес звук прежде, чем он полностью достиг моих ушей.

Я сделал крутой поворот вокруг выступающей скалы, затем еще один крутой поворот, чтобы следовать по пути бега. Большинство людей взбесились бы, если бы так быстро играли на тройном черном, но для меня ничто не сравнится с стремлением избежать смерти от моих зубов.

Между тем, как Ава чуть не утонула, самоубийством моей мамы и людьми, которых я спас - и не смог спасти — в отделении неотложной помощи, Смерть и я были старыми знакомыми. Я ненавидел ублюдка, и каждый раз, когда я выживал в одной из своих эскапад, это было метафорическое ""пошел ты на смерть"".

В один прекрасный день он поймает меня, как и всех остальных. Но не сегодня.

Больше ходов. Больше препятствий, которые, будь я менее опытным лыжником, привели бы меня в отделение неотложной помощи в качестве пациента, а не врача. Я принимал каждого по мере их появления, никогда не сбавляя скорости, хотя ехал не так быстро, как на обычном склоне.

Мы с Алексом держали примерно одинаковый темп до конца, когда я опередил его менее чем на пять секунд.

Удовлетворение наполнило мои легкие. “Похоже, напитки на вас в эти выходные”. Я сдвинул очки на затылок, моя грудь вздымалась от напряжения.