Нам нельзя

— Почему ты так думаешь? — усмехается Марина. — Я умею дарить любовь, Глеб. Умею быть нежной, страстной, благодарной. Я так устала быть одинокой… Просто чертовски устала… Знаешь, когда я увидела тебя у нас дома, то вдруг отчётливо поняла, что просто обязана попробовать.

Она тянется ко мне, касается кончиками пальцев моей щетины, но я перехватываю её за запястье и опускаю руку вниз.

— Я не свободен.

— Разве это имеет хоть какое-то значение, Воронцов? Все вокруг изменяют. И он мне изменяет. Лёша мне изменяет. Представляешь? Впрочем, ты, наверное, и без меня об этом знаешь… Вы ведь встречались с одноклассниками в сауне. Недавно. Помнишь? Я после этого обнаружила у Лёши в телефоне десяток звонков на неизвестные номера. Набрала один, другой — везде отвечали девушки, — Марина усмехается и расправляет плечи. — Это невыносимо. Мне хочется чувствовать себя живой…

— Думаю, что ты не по тому адресу обратилась. Ты на машине? Я могу вызвать тебе такси.

Марина пытается держать лицо, но её рот кривится, а глаза выдают обиду и отчаяние. Она приехала ко мне с твёрдым намерением заняться сексом. Отомстить мужу, почувствовать себя единственной и желанной. Да только что-то пошло не по её сценарию. И дело здесь даже не в Нике. Я просто не стал бы ввязываться в отношения с Мариной ни при каких обстоятельствах. Ей бы для начала с собой и своей семейной жизнью разобраться, прежде чем лезть к другому в постель.

— Я на машине, Глеб, — произносит она, тряхнув головой. — Извини. Извини, ты прав. Зря я к тебе приехала…

Несмотря на идиотскую ситуацию, Марина держится молодцом. Сколько я её помню, она всегда была такой. Даже когда я отшивал её в десятом классе, потому что она понравилась моему другу. Вежливо выслушала мой отказ, слабо улыбнулась и ушла с гордо поднятой головой.

Я провожаю Марину до лифта и прощаюсь. Она машет мне рукой и просит сделать вид, что нашего разговора не было вовсе.

После ухода нежданной гостьи, я наконец иду в душ, а когда выхожу из ванной, то слышу щелчок двери. Это Ника вернулась. Почему она не позвонила, чтобы я забрал её после занятий? А если бы они с Мариной встретились?

Ника стягивает сапожки и с разбегу на меня запрыгивает. Холодная после мороза, с красными щеками и ледяными руками. Она крепко меня обнимает, трётся о мою щетину. От её близости и запаха член моментально каменеет. Мы занимались сексом сегодня утром, но я опять хочу её. До одури и болезненной ломоты в теле. До пота и громких стонов. Чтобы умоляла меня остановиться."

"Я несдержанно сжимаю ладонями её ягодицы, впиваюсь в пухлые губы. Ника не теряется: целует в ответ, посасывая мой язык и постанывая от желания.

— Тише-тише, Глеб… Боже, да что с тобой? — она смеётся, когда я пытаюсь снять с неё куртку.