Нам нельзя

— Мне немного нехорошо после вчерашнего.

— Перебрала с алкоголем?

— Да, обычно я так много не пью, — она пожимает плечами. — Помню, что ты не любишь пьющих женщин.

— Тебя это не касается. Когда ты выпьешь, то становишься очень даже милой.

Она заливисто смеётся и обжигает пальцы, прикоснувшись к чашке.

— Под алкоголем искажается восприятие ситуации. Ты видел меня милой, а мне казалось, что я как минимум богиня! Да и половину произошедшего вспоминаешь потом с трудом…

Я усмехаюсь и мысленно успокаиваю себя. Может, и правда всё дело в алкоголе? Двадцатилетняя впечатлительная девчонка, которая выпила лишнего. Ясное дело, чувства обострились, вот и сказала не подумав, что любит. Я стараюсь не зацикливаться на этом, потому что иначе… Иначе пиздец. Приплыли."

"Пока она убирает посуду, я выхожу во двор и чищу снег. За ночь намело прилично, сантиметров двадцать. Я справляюсь достаточно быстро, забираюсь в салон, прогреваю двигатель и успеваю поговорить по телефону с сослуживцем. Ника появляется на крыльце с довольной улыбкой на губах. Она в два счёта спрыгивает по ступеням и несётся к автомобилю. Одета тепло, как я и просил: дутая куртка, сапожки и забавная шапка с помпоном. Та самая, которую забыла у меня дома. Если бы не она, даже не знаю, какой повод мы бы нашли, чтобы ещё раз встретиться.

— Куда едем? – спрашивает Ника, опускаясь на переднее сиденье.

— Пристегнись. Здесь дороги убитые.

— Готово! И всё же? Куда мы едем? Это безопасно?

— Думаешь, я стал бы рисковать твоей жизнью?

— Нет, — отвечает она, немного подумав. — Ты меня опекаешь похлеще, чем родители.

Тема щекотливая, поэтому между нами возникает длительная пауза. Я делаю вид, что увлечён дорогой, а Ника то и дело переключает радиостанции, пока не находит понравившуюся песню.

Чуть позже я рассказываю ей о том, что мы едем в приют для бездомных животных. Он небольшой — насчитывает примерно двадцать собак и столько же кошек. Основан нашим сторожем и его женой. Очень часто хозяева дач заводят на лето питомцев, прикармливают их, а потом, с завершением сезона, возвращаются в город, позабыв о несчастных животных. Некоторые не удосуживаются даже с цепи снять. Собаки голодают, воют, пока их не забирает к себе Иван Петрович. Они с женой живут бедно, но животные у них всегда ухожены и накормлены. Часто кто-то из сердобольных дачников привозит им корм и помогает финансово.

— Боже, какие котики! — пищит от восторга Ника, когда мы открываем калитку и проходим на территорию дома.

— О, Глеб! Рад видеть, — пожимает мою руку Иван Петрович. — Ты бы позвонил заранее, сказал, что приедешь, я бы баньку натопил.

— Мы ненадолго, Петрович. Я корм привёз. Закупил ещё неделю назад, всё таскал в багажнике, но вырваться на дачу только сейчас смог.